Занавес поднять! полностью

ШЭРОН. Ну… она извела несколько тюбиков автозагара, чтобы стать потемнее. Потому что Лайза живёт в Калифорнии, а значит кожа у неё загорелая. Но я бы сказала, что на этот раз она пересидела на солнце. Парик хорош, и ресницы тоже, этот магазинчик просто чудо. Большинство наверняка сразу поверят, что перед ними Лайза Минелли собственной персоной — если, конечно, учесть, что в последнее время судьба была к ней сурова.

Бетти с планшетом в руке и наушниками на шее появляется на сцене.

БЕТТИ. А, вот вы где.

ШЭРОН. Пойду скажу, что пора бы ей показаться.

Шэрон уходит.

БЕТТИ. Я сказала другим артистам, что Лайза — очень замкнутый человек, поэтому пусть остаются в своих гримёрках, пока не позовут. Это им не слишком понравилось. Фокусник с ассистенткой пригрозили, что уедут домой, но они и сюда-то добирались три часа на автобусе, так что выбирать не приходится. А у тебя, моя хорошая, как дела?

ТЕРЕЗА. Репетирую слова. Мне ещё никогда не приходилось быть конферансье. Страшно.

БЕТТИ. Справишься.

ДЖЕКИ(входя). В фойе уже полно народу.

ТЕРЕЗА. Только маме не говори. Шэрон сказала, она волнуется.

На сцену вбегает Шэрон.

ШЭРОН. Идёт! Идёт! (замечает урну) Надо спрятать — Пэм к этому не готова.

Шэрон прячет урну в углу на авансцене и накрывает занавесом.

ДЖЕКИ. Что-то мне неспокойно.

ШЭРОН(глядя за кулисы). Тихо, она идёт. Так, её всё ещё немного трясёт, поэтому все поддержим её улыбкой.

С широченными улыбками на лицах они выстраиваются в шеренгу, чтобы приветствовать Пэм. Входит Пэм в парике, вульгарном наряде в блёстках, соответствующей сумочкой, на высоких каблуках, с фальшивыми ресницами, на лице — слишком густой и неровно наложенный слой грима. От ужаса часть её тела заметно дрожит, часть намертво оцепенела; она почти не в состоянии идти.

Долгая пауза.

ТЕРЕЗА(мягко, но неубедительно). Ты… выглядишь… потрясающе… Что скажете?

ШЭРОН. Просто как настоящая.

ДЖЕКИ. Очень хорошо. Да…

Ещё пауза.

БЕТТИ. …Ещё не поздно заменить её на какую-нибудь негритянскую звезду?

ТЕРЕЗА. Мама?.. Мама?.. Как ты себя чувствуешь?.. Можешь говорить?.. У неё голос пропал. (дотрагиваясь до неё) Она как каменная!

БЕТТИ. Ну, Пэм, так не годится — что ты вдруг оцепенела?

ТЕРЕЗА. Всё будет хорошо. Как только она услышит аплодисменты. Сцена её тут же вылечит. Да, мама?

Пэм по-прежнему оцепенело молчит.

ШЭРОН. Может, попробовать спеть пару строк?

Шэрон подводит Пэм к микрофону в центре сцены.

Ну, давай… Пэм?.. (начинает петь) «What good is sitting, alone in your room…»

Пэм по-прежнему молчит. Постепенно к песне присоединяются и остальные, пытаясь как можно мягче приободрить Пэм.

ШЭРОН., БЕТТИ, ДЖЕКИ, ТЕРЕЗА(вместе). «Come here the music play…life is a cabaret old chum…come to — the ca-ba-ret…!»

Пэм начинает рыдать. Шэрон утешает её.

ШЭРОН. Нервы перед премьерой…

БЕТТИ. Всё, хватит с нас этого! Надо отменять.

ТЕРЕЗА. Нет! Нет! Всё будет хорошо. У неё получится! Бабушка, принеси джин. Джеки… купи ещё джина. Шэрон, сделай что-нибудь с париком, а то её как будто током ударило. И может, чуть поменьше загара? Она же не на самом Солнце живёт!

ШЭРОН. Точно!

Бетти и Джеки убегают в одну сторону, Шэрон в другую. едва скрывшись, Шэрон тут же возвращается, хватает парик с головы оцепенелой Пэм и убегает. Пэм в сетке для волос хватается за голову и ещё больше впадает в панику.

Музыка — «There'S No Business Like Show Business».