Роман Юрия Колесникова динамически воссоздает панораму предвоенной Европы, отражает закулисную возню различных ведомств гитлеровской Германии в канун подготовки к вероломному нападению на Советский Союз. В книге рассказывается об интернациональном коммунистическом движении против фашизма, а также разоблачается антинародная сущность сионизма и его связь с фашизмом.Роман призывает к бдительности, готовности дать отпор любым авантюристическим проискам, которые могут привести мир к войне.
Воскресный день в Берлине выдался на редкость пасмурным. Свинцово-серые облака повисли над городом, словно готовые осесть на крышах домов, расстелиться по тротуарам, по мостовой. Дул резкий, пронизывающий ветер. Однако погода не помешала третьему рейху, опьяненному новой победой вермахта, пышно праздновать ликвидацию польского государства. Центр столицы напоминал густую рощу плакучих ив от бесконечных рядов свисавших с балконов и крыш кроваво-багровых полотнищ со скрюченной в мутно-белом кругу свастикой. Фонарные столбы были увенчаны пучками флагов. Рекламные тумбы, витрины магазинов, цоколи зданий и заборы на окраинах города пестрели большими плакатами, на которых рейхсканцлер Адольф Гитлер застыл с широко открытым ртом… Под этим изображением стояла выведенная жирным готическим шрифтом подпись:
«Они захотели войну? Они ее получат!»
По улицам сновали празднично одетые берлинцы. Мощные радиоусилители разносили захлебывающийся гортанный голос имперского министра пропаганды доктора Геббельса.
Заглушая его истерические вопли, со стороны Шарлоттенбургского шоссе все чаще и сильнее доносились звуки медных труб и барабанного боя…
Недавно объявленная Англией и Францией война Германии явилась поводом для новых парадов войск, крикливых слетов коричневорубашечников. Австрия была аннексирована, Чехословакия оккупирована, Польша разгромлена… Национал-социализм был в расцвете!
Черной автомашине, подкатившей на бешеной скорости к проезду через Ландверский канал, преградила путь маршировавшая под барабанную дробь колонна парней с коротко подстриженными волосами и свисающими, как у фюрера, прядями. Несмотря на осенний холод и пронизывающий ветер, юнцы были в шортах выше колен и рубахах с засученными по локоть рукавами.
Шарфюрер СС — водитель громоздкого «адлера», оснащенного множеством поблескивающих никелем фар и мощным опознавательным прожектором сбоку передней дверцы, — терпеливо ждал, пока пройдет колонна. Как это полагалось при наличии в машине высокопоставленных пассажиров, он не выключал мотор. Изменить маршрут, двинуться в объезд он тоже не имел права…
Едва барабанщики прошли вперед, до сидевших в автомобиле Хории Симы, руководителя легионерского движения в Румынии, и сопровождавшего его штандартенфюрера СС Пуци Штольца донеслась знакомая обоим песня:
Хория Сима подался всем корпусом вперед, прильнул к стеклу, подчеркнуто восхищенным взглядом провожая каждую шеренгу горланивших юнцов, надменно косившихся на прохожих зевак. Высшим идеалом этих молодцов была война. О ней они мечтали как о верном пути к почестям, наградам, известности, карьере.
Штандартенфюрер СС Штольц уловил восторженное состояние почетного гостя. На ломаном румынском языке эсэсовец пояснил:
— Это ест хитлерюгенд!
— Я… догадался, герр штандартенфюрер! — заискивающе поспешил ответить Сима. — У нас тоже есть молодежь, готовая идти в ногу с этими восхитительными юношами!
Высокий, худой, с вытянутым желчным лицом, напоминавшим традиционный облик Мефистофеля, штандартенфюрер СС Штольц неприязненно поморщился, но тут же, в знак одобрения, слегка кивнул. Его задело, что зарубежный гость столь смело позволил себе сравнить каких-то молокососов с отборными молодцами «высшей расы», которым самим провидением предопределено править миром.
Пуци Штольц не ответил. Так он поступал всегда в подобных ситуациях, стремясь показать собеседнику несравненность всего немецкого, арийского… Но, вспомнив, что недавно назначен «советником по особым делам Балканских стран», а щупловатого соседа с опущенными полями темнозеленой шляпы должны принять высшие чины абвера, а рейхсфюрер СС Гиммлер якобы даже намерен устроить ему аудиенцию у самого фюрера, эсэсовец торопливо посмотрел на часы и состроил недовольную мину. Этим он хотел показать гостю, что раздражение его вызвано исключительно непредвиденной задержкой.
Шествие юнцов продолжалось, одна за другой следовали колонны со штандартами впереди. Они направлялись в Спорт-палас на слет представителей семи миллионов членов «Гитлерюгенд», чтобы в очередной раз выслушать внушения о величии фатерланда из уст имперского руководителя национал-социалистской молодежи Бальдура фон Шираха.
— Досадная остановка… — наконец-то процедил сквозь зубы штандартенфюрер СС.
