Занимательное литературоведение полностью

Объединенные силы Бакича и Кайгородова превосходили осажденный чекистско-монгольский отряд по численности раз в десять. И у них же была пушка! Было решено взять дацан во что бы то ни стало. Ну, а для начала осажденным был предъвлен ультиматум о сдаче с гарантией неприкосновенности всем, кто сложит оружие, "включая даже коммунистов и комиссаров". Для большей убедительности был устроен парад войск вокруг монастыря, "причем части несколько раз проходили на виду у красных, создавая иллюзию многочисленности отряда" Ну, не знаю, как вам, а для меня это сразу привело на ум "Аламо" с парадом солдат Санта-Аны вокруг крепости, где допивает последний глоток перед боем Джон Уэйн — Дэви Крокетт в енотовой шапке.

"Кроме того, в канун штурма вечером белые развели вокруг монастыря сотни костров, что также должно было подавляюще действовать на осажденных". В общем — не подействовало. Вместо белого флага осажденные выкинули ответное письмо — сочиненный ими локальный вариант Ответа Запорожцев Турецкому Султану:

Господин генерал, вы пишете, чтобы мы вам сдали оружие, но оружие, господин генерал, не малина, которую сорвал с куста да и съел. Оружие, господин генерал, берется с бою, а вы, наверно, разучились или не научились воевать с красными войсками. Ходит старый волк по сопкам и смотрит, когда у лошади отпадет губа. Эх, кабы у волка были острые зубы, а кобыла не так остро кована!…

Ну, и так далее.

Штурм начался ночью, но сразу не заладился. Снаряды "макленки" попадали куда надо, но не разрывались. В темноте отличить своих от чужих не получилось. Белые стреляли по своим и многих перебили, а вот маленькая группа красных, под командой одного из четверых байкаловских младших братьев, успешно забросала атакующих ручными гранатами. Вот они-то разорвались, побив осколками много белых.

Кто командовал штурмом — тут есть разные версии. Одни пишут, что сам генерал, и что есаул Кайгородов был сильно недоволен потерей своих людей, другие — наоборот. Ну, поражение — всегда сирота, И ясно, что повод для взаимного недовольства был немалый. У байкаловцев тоже были потери, но намного меньше. Кажется, самой заметной из них был тот самый знатный перерожденец "красный лама" Хас-батор.

К.К. Байкалов так пишет об этом в своей книге "Разгром банды Кайгородова", напечатанной в 1932 году:

Вечером с наступлением темноты обстрел прекращается и мы выставляем усиленное охранение. Вдруг, нежданно негаданно через наши окопы лавой переваливаются все ламы и наши отрядники-монголы во главе со своими чиновниками и Хас-Батером. Осталось у нас лишь человек 20 монголов-урянхов (как после оказалось, каких-то полухунхузов).

От бегства монголов, в особенности лам, мы, конечно, ничего не потеряли. Стало свободнее и доступнее. В первую очередь мы более или менее по-человечески устроили околоток и питание раненых. Огромные массы войлока использовали на подстилки, одеяла, обувь и обшивку всей внутернности окопов, что как нельзя хорошо сохранило здоровье и самочувствие бойцов в сырые и холодные осенние дни.

Бегство Хас-Батера — результат больной психики. В дни окружения и обстрела он совершенно зарылся в тюках войлока, никого к себе не подпускал, ничего не ел и даже испражнялся в своем логове. После бегства он сразу отделился от других монголов с одним чиновником и на другой день как-то нелепо попал в руки кайгородовцев. Они отрубили у него голову, послали сочувствовавшим нам княжествам напоказ.

Ну, я ж вам говорю… представьте-ка себе, к примеру, пламенного трибуна Савонаролу или красного мобеда Маздака где-нибудь между группой армий "Южная Украина" и Третьим Украинским фронтом. Без сомнения, что крыша поедет.

В кого, однако, на этот раз вселилась его неспокойная душа у нас сведений нет.