– Надеюсь, ты догадаешься сам, за что. А это, – достала свой артефакт из-под подушки, – чтобы лучше думалось.
Положила на прикроватную тумбу и активировала переговорник, оставив обездвиженного обнажённого (м-м-м, хорош ведь, зараза!) супруга лежать на своей кровати и слушать на повторе запись чувственных эротических стонов.
Уже собиралась уйти, но не смогла, пока не убедилась, что герцог лежит удобно: поправила ему подушку и прикрыла одеялом. После с чувством выполненного долга отправилась в смежные покои, игнорируя прожигающий злой взгляд мне в спину. Я предвидела, что от моего поступка герцог будет в бешенстве и может не простить этой выходки. Плевать.
Заряда кристаллов должно было хватить часов на шесть работы артефакта. На это время в мои планы боевых действий входил захват кровати на вражеской территории и безудержный с...сон! Что поделать, организм у меня молодой, резерв растущий. А потому в любую свободную минутку я или ем, или сплю.
Не скрою, чувство неудовлетворённости и желание продолжить начатое были просто огромными. Да и день выдался довольно насыщенным на эмоции. Вот только мысль, что и остальные обещания супруг может нарушить так же легко, оставляла противное ощущение горечи внутри. С сожалением представила, как бы горячо мог закончиться вечер, не поступи Ричард так нечестно.
Сон сморил меня, стоило только прилечь и коснуться головой подушки супруга. Правда, ненадолго.
Проснулась внезапно. От странного звука, напоминающего треск. Приподнялась на локтях и осмотрелась. Защитный полог от нежданных визитёров, поставленный мной на покои герцога был такой же сильный, как тот, которым пользуюсь в общежитии Академии. За два года он ни разу меня не подводил. Сейчас же защитная плёнка не просто опасно мерцала, она рассыпалась на глазах.
– Что за…
Договорить я не успела, потому как случились сразу две вещи: моргнула и осыпалась защита с комнаты и вылетела дверь, ведущая в мою спальню.
В проёме стоял разъярённый герцог в штанах и расстёгнутой рубашке и смотрел прямо на меня. Глаза его светились ярким изумрудным пламенем, а на кончиках пальцев затухал остаточный след от применённого заклинания высшего порядка.
– Стучаться не пробовали? – буркнула первое, что пришло в голову.
– Я стучал. – Мой взгляд сам собой упал на остатки двери, а бровь скептически взлетела вверх. – Правда, один раз.
– С какой целью пожаловали? Если у вас что-то не срочное, можем отложить визит на утро?
Герцог медленно, словно хищный зверь приближался к кровати. Судя по выражению его лица, я переборщила. Сильно переборщила!
«Беги!» – подсказывал внутренний голос, ругая то место, которым я думала, когда обездвиживала и оставляла неудовлетворённым возбуждённого мужчину.
– Утром, боюсь, воспитательный эффект будет слабее.
– Я как бы уже девочка взрослая. Не поздно ли меня воспитывать? – пытаюсь незаметно отползти подальше, прикидывая в какую сторону лучше бежать.
– Лично мне кажется, что одну «взрослую девочку» крайне мало в детстве лупили за плохое поведение.
Рассчитывая на эффект неожиданности, резко сбрасываю одеяло и запускаю в герцога. Дальше соскакиваю с кровати и, оббегая по дуге супруга, делаю попытку добежать до своей спальни. Не успеваю сделать и двух шагов, как меня резким отточенным движением перехватывают за талию, а спустя мгновение я оказываюсь перекинута попой кверху через колени сидящего на кровати мужчины. Короткая шёлковая сорочка предательски задралась, оголяя упругие полушария, едва прикрытые кружевным безобразием. В отличие от бальных платьев, красивое удобное бельё я люблю и приобретаю порой даже на последние деньги.
Герцог шумно выдохнул. Из такой позы я не могла видеть его лица, но мне показалось, вид ему очень понравился. В частности, лежать животом на его коленях мне стало ещё неудобнее. Я напряглась, когда горячая ладонь нежно коснулась моего «магнита для неприятностей». Неужели он осмелится?
– Меня в детстве вообще не лупили! – пытаюсь вывернуться из неудобной позы, но внезапно понимаю, что меня обездвижили.
Как? Когда? Я даже почувствовать не успела. Спина покрылась предательскими мурашками.
– Значит, я буду первым, – ухмыльнулся злодей, а затем звонко хлопнул меня по ягодице и добавил: – И единственным.
Удар был больше громким, чем болезненным. Я вскрикнула от неожиданности, отмечая что голос мне герцог оставил.
– Отпусти меня! – зарычала на своего мучителя.
– И не подумаю!
Второй удар пришёлся уже на другую ягодицу. И он был на порядок сильнее первого. На глазах выступили слёзы. Закусила губу, чтоб не расплакаться. Было не столько больно, сколько унизительно.
– Надеюсь, ты догадываешься за что? – вернул мою же фразу мой мучитель.
Ничего не ответила из вредности и получила ещё один, гораздо более сильный шлепок. Вот теперь реально было так больно, что я всхлипнула. Вся напряглась, ожидая очередного шлепка, но его не последовало.
Глава 29. Элла
