Я зануда, и это ужасно раздражает... окружающих. А мне нормально... было. Пока не сдох. Или не сдох? Не знаю, в любом случае меня там не осталось, если я не скопировался. Теперь вот я попал в тело молодого парня в другом мире. Избито, шаблонно, никогда такого не было, и вот опять. В общем буду долго и нудно разбираться. Всë как я люблю. Только вот для этого нужно выжить. А еще можно помочь двухметровому шкафу вернуть наследство, научить учителя фехтования книгопечатанию, и придумать как оставить в этом новом мире огромный след своих загаженных современной цивилизацией мозгов. Как там проклинали китайцы? Чтоб ты жил в интересные времена? Не проблема, устроим.
Голова раскалывалась, будто меня по ней треснули моим же ноутом. Вообще-то так и было. Шёл домой в 4 утра, прошёл мимо двух выпивающих парней. Метров через двести один на прыгнул сзади и повалил. Второй сорвал ноут с плеча, а когда я попытался скинуть первого — ноутом же и приложил меня по голове. Наушники зло, по крайней мере когда ты идëшь ночью по малолюдному району.
Я попытался подняться, но что-то было не так. Ладно, потом, сначала боль. Как там говорил дайвер? Глубина, глубина, я не твой. Только Не глубина, а боль. Боль, боль, я не твой. Боль, боль, я не твой. Ага, и финалочка. Боль, боль… я твой. Вооот. Теперь боль сильнее, но не мешает думать. С детства часто болела голова, и однажды прочитав Лабиринты отражений Лукьяненко, я решил поступить с болью как главный герой с виртуальной реальностью. Сначала отгораживаться, а потом принять. На удивление помогает. Возможно это самовнушение, но главное результат. Поностальгировать можно и позже. Что не так?
Я закрыл глаза, и мысленно прошёлся по всему телу, и сигналы были… странными. Нет, неточная формулировка. С трудом перевернувшись на спину, я уместил голову так, чтобы камешки не царапали. Шапка слетела. Вздохнув, я ещё раз мысленно прошёлся по телу. Сигналы были… ярче. Вот, это более точное слово. Ярче, сочнее и… стоп! До сознания наконец дошло что не так ВСË! Одежда грубая и тонкая, город не гудит, а скрипит, я лежу не на асфальте, а на земле, и последнее. Воздух. Такой вонючий и тёплый воздух невозможен сибирской зимой. Твоюж медь! Ну всë, Тëма, приехали. Похоже ты попал в попаданство.
Получившийся каламбур вызвал смешок. Я сел и открыл глаза. По зассаному средневековому переулку, прокатился истеричный смех. Полились слезы. Я махнул грязной рукой по лицу. Гормоны не гармонируют. Второй каламбур заставил захлебнуться смехом, и согнуться от нехватки воздуха. Головная боль усилилась и в памяти стала всплывать «эта» жизнь, после чего я снова отключился.
Второе пробуждение вышло, более удачным. Голова не болела, точнее болела, но не как болит голова, а как болит место удара на голове. Существенное отличие. Хотелось пить и ссать. Второе, судя по запахам, можно сделать прямо тут, только отойти к стеночке, что я и сделал, попутно анализируя свою память.
Итак, меня зовут Тамар. Точнее это тело зовут Тамар, но я, как заядлый читатель всяческих попаданцев и полуанимешник просмотревший несколько десятков исекаев, решил что надо сразу вживаться в новую тушку. Тушка, кстати, достаточно приличная. Не похожа на меня-ипохондрика в «оригинальном» теле. Лет четырнадцати, чуть выше среднего роста, чуть шире среднего плечи, и судя по всему чуть тупее башка. Я стряхнул последние капли и стал завязывать гашник. Инструмент кстати тоже похоже чуть больше среднего, хотя судя по памяти не опробован. Поправка, не опробован «натурально». За купающихся девками наблюдал. Ну что же, кто не наблюдал, пусть гордится повышенным риском простатита. Это кстати моя сильная сторона, не, не риск простатита, а принятие своих недостатков. Как я говорю: люди существа эгоистичные, ленивые и тупые. Это первая сложная мысль. Я людь, значит я такой же. Это вторая сложная мысль. И остаётся третья сложная мысль: нужно теперь всех этих сволочей, и себя в том числе, полюбить, ибо твари неразумные. По христиански полюбить.
Стоп! По христиански! А как же?! Я же ведь православный, а тут вот это вот всë. От осознания я сделал пару шагов назад и сел там где не воняло. Тело разревелось, а я стал думать. Это кстати вторая моя сильная сторона, эмоции и физические потребности иногда могу поставить «за барьер», и думать как будто их нет. Итак православие, это мой осознанный выбор, а не привычное с детства. И не смотря на то, что в храм я ходил редко, а на исповеди и того реже бывал, я знал что делать это надо. Ну вот как с зарядкой по утрам и тренировками три раза в неделю. Знаешь что полезно и даже нужно, понимаешь что без этого будет жизнь хуже, но внутренняя обезьянка сиюминутного удовольствия не даёт делать то что нужно. Да я тоже лентяй, ибо человек, да я даже Библию ни разу не читал, и знал наизусть всего три молитвы. Итак, давай Тëма думать логически. Да, многие скажут что религия и логика не связаны. Но… идиоты. Религия, по крайней мере Православие, скорее как евклидова геометрия. Есть аксиомы, которые нужно принять на веру, остальное можно доказать при помощи циркуля и линейки.
