— Мне как раз такая и нужна! — радостно сообщил директор и положил руку ей на голую коленку. Коленка была круглая и мягкая, словно зовущая мужскую руку продолжить дальнейшее изучение потаенных уголков девичьего тела.
— Я согласна! — с придыханием сказала девица.
— Надо за это выпить! — тут же предложил Киселевич, решив, что вино поможет ему заполучить в свои объятия эту девочку без всяких проблем.
Он налил и ей, и себе по полному стакану, решив не размениваться по мелочам. Они громко чокнулись и выпили. Девушка сразу немного опьянела и стала глупо усмехаться. Киселевич тоже захмелел и заплетающимся языком принялся вдохновенно рассказывать ей о «своей» работе.
— Понимаете, Изабеллочка, сейчас богатых клиентов найти очень трудно. Очень! Помирает народу много, но все больше бедного, пенсионного возраста, а состоятельные граждане все живут и живут.
Девица удивленно икнула.
— А вы хотите, чтоб богатые тоже… того… помирали?
— Конечно! — кивнул Киселевич, как-то не придавая значения своим словам. Вино развязало ему язык, и он готов был нести любую чушь без зазрения совести. — Чем больше это… помирает народу, тем больше у меня клиентов. А как никто не помирает, так клиентов нет совсем.
Девица мотнула пьяной головой, с трудом осмысливая логическую цепочку, выстроенную пьяным воображением нового знакомого.
— Ничего не понимаю! — пробормотала она. — Значит, получается — чем больше покойников, тем больше они строят коттеджей. Так что ли?
Киселевич, наконец, осознал, что ляпнул что-то не то, но продолжал гнуть свое:
— Вот именно! Так оно и есть! Чем больше богатых вымрет, тем лучше! Тут прямая зависимость. Каждый третий покойник — состоятельный гражданин. Вот так вот, моя милая!
Девица вытаращила глаза и спросила полушепотом, словно боялась, что соседи услышат их совместный бред:
— А зачем покойнику нужен коттедж?
Киселевич надолго задумался, пытаясь как-то связать одно с другим. С одной стороны, он и сам начал верить в то, что занимается строительством коттеджей, хотя покойнику, действительно, коттедж вроде бы ни к чему, но с другой стороны, чем больше этих самых покойников, тем у него лучше идет бизнес. Этого же не отнять! Значит, покойнику тоже нужен коттедж для каких-то своих, пока ещё неясных целей.
— А где же он будет жить? — задал он довольно неопределенный вопрос.
Девица все ещё пребывала в недоумении и никак не могла понять, чем же занимается её знакомый. Похоже, он строит коттеджи для тех, кому они уже не нужны.
— Кто? Покойник? — переспросила она и громко икнула. — Обычно покойники живут в могиле.
Киселевич потряс пьяной головой. Да, кажется, он и в самом деле загнул куда-то не в ту сторону, словно куда-то в параллельный мир заглянул. Но идти на попятный было уже поздно. Если признался в строительном деле, теперь не отказывайся! Главное, привязать как-то покойников к коттеджам и тогда все будет на мази. Наивная провинциалочка поверит в любой бред.
— Вообще-то, логично! — согласился он, качнув головой и подставив под неё руку. — Покойники, это самое… живут там, где и положено…в могиле. Я с этим спорить не буду. Но тогда для кого я строю коттеджи?
Девица ещё раз икнула и посмотрела на него чистыми голубыми глазами, немного затуманенными пьяной поволокой.
— Очевидно, для новых русских покойников, — догадалась она.
Киселевич радостно кивнул, выражая этим полное согласие с её выводом. Именно так и есть, как она сказала. Новые-то русские ведь и после смерти хотят пребывать в роскоши. Разве нет? Так почему бы не предоставить им весь комплекс жилых помещений сразу, ещё при жизни? Удовлетворенный этим умозаключением, он махнул рукой официанту и заказал ещё одну бутылку вина, какая и была им вскорости и доставлена на столик.
Витя работал нервно и торопливо, стараясь успеть наделать кукол, как можно больше, за те полчаса, на которые отпросился сосед. Хотя бизнесмен мог вернуться раньше, но парень надеялся на замок в двери. Ведь вернувшийся сосед не сможет неожиданно откатить дверь купе, поскольку она закрыта. Он постучит и попросит ему открыть. Витя произведет молниеносную операцию по приведению все в надлежащий вид и, позевывая, откроет дверь, объяснив свое промедление тем, что заснул. Так что риск разоблачения был сведен к минимуму.
