— Да, я бы не отказался от сытного обеда! — Боря сглотнул слюну. — Где там пропал наш подследственный?
— Сейчас придет, — успокоил его Макс. — Не волнуйся, Жорж! Еще успеем потолковать с ним по душам.
Но Романа видно не было. Наверное, он разливал по тарелкам жульен с грибами.
— Один мужик в Америке, — начал свою обычную песню Жорик, — вырастил корову, которая вместо молока давала чистое сливочное масло. Ну, открыл производство, разбогател, как Рокфеллер. А когда корова померла, он весь заработанный капитал потратил на выращивание курицы, которая должна была нестись золотыми яйцами. Сбрендил от своего богатства. И все пошло прахом. Скоро он разорился и стал бомжем. Вот так вот!
— Да уж, лихие деньги до добра не доведут… — пробормотал Кисель.
— Не в деньгах дело, — отмахнулся Макс, — а в человеке. Не деньги правят миром, а финансовый ум. Главное, вложить деньги в дело с умом. И тогда они приносят такой барыш..! Например, наш умный Кисель занимается тем, что закапывает клиентов в землю. Нет, чтобы вложил бабки в производство соленых сухарей или картофельных чипсов. Давно бы стал миллионером.
— Я уже подумывал над этим, — проворчал гробовщик. — Да вы помешали…
Они ещё немного посидели, болтая о пустяках, облизываясь и глотая слюнки, но, наконец, появился Роман с подносом. Он стал расставлять блюда на столике, обходя всех и выставляя каждому по тарелке с закусью. При виде изысканных блюд мужички забыли, зачем сюда пришли.
— Горячее будет позже, — сообщил Роман. — Вам принесут.
Поставив все на стол, он махнул в воздухе пустым подносом и важно удалился.
— Из тебя горячее будет позже! — проворчал Жорик и схватился за вилку. Казалось, что он сейчас нацепит на эту вилку все блюда разом и отправит их скопом в рот.
Макс покосился на него.
— Товарищ лейтенант! Давайте без рук! Надо действовать в соответствии с правилами задержания подозреваемого.
— Какими правилами? — Жорик наморщил лоб.
— Брать их после обеда, вот какими! И тогда в изоляторе временного содержания сэкономят порции. Думать надо, голова!
Похоже, Макс старался вжиться в образ мента досконально, чтобы вести свою роль на одном дыхании. То есть, чтобы у допрашиваемых сводило дыхание при одном его виде. Жорик вжал голову в плечи. С некоторых пор он стал Макса уважать и начал подчиняться ему беспрекословно. Что ни говори, а только благодаря его смекалке они вышли на деньги, которые всем казались уже потерянными.
Мужички набросились на еду. Подступивший голод пересилил жажду денег. А торопиться, собственно, было и незачем. Куда он, Роман Свистунов, денется? Если сам к ним подошел, значит, хвоста за собой не чувствует и дергаться не станет. Так может быть, стоит сначала подкрепиться, а потом со свежими силами брать его за холку. Об этом все четверо подумали одновременно, и потому вилки застучали, как барабанные палочки, а ножи засвистели, как свирели.
Маргарита все ещё сидела на диванчике в комнате официантов и теперь вздрагивала от каждого шума за дверью. В коридоре кто-то топал, что-то проносили, доносился шум кастрюлей из кухни, словом обстановка не располагала к отдохновению. Ей казалось, что сейчас откроется дверь, и войдет её ненаглядный старичок и прикажет своим архаровцам её выпороть прилюдно.
Вдруг без стука открылась дверь, вошел Роман с подносом и торопливо закрыл дверь на замок. Марго вскочила со своего диванчика, бросилась к нему в объятия. Каким бы он не был проходимцем, все же он был её единственным защитником в этом притоне.
— Это ты! — вскрикнула она. — Я так боюсь! Почему ты меня бросил одну?
Он отстранил её, поставил на столик поднос с завтраком — каким-то салатом, бутербродами, жареной курочкой и чашкой дымящегося кофе.
— Чего ты боишься, дурочка? — улыбнулся он, больше успокаивая себя, чем её. — На вот, подкрепись! Ты нервничаешь, потому что с утра ничего не ела!
Хотя он тоже был на взводе, нервная нагрузка последних часов давала себя знать. Как ещё все обернется! Получится ли так, как он задумал, или опять чья-то коварная рука вмешается в его планы и повернет все в другую сторону? Пока они не покинут столицы, нельзя говорить о полной безопасности — никто не может дать гарантии, что здесь их не найдут. Эти мысли мучили Романа, но он отгонял их от себя. Несмотря ни на что, он старался сохранять бодрый вид.
— Вдруг придет муж! — прошептала Марго. — Он меня не пощадит!
— Откуда он узнает, что мы здесь?
— Кто-нибудь меня увидит и сообщит ему!
Роман обнял её за талию и заглянул в глаза. Глаза у Марго были серые, холодные и ровным счетом ничего не выражали. Вернее, выражали один страх. Он даже усмехнулся.
— Ну что ты нервничаешь, глупая? Пускай видят! И все узнают, с кем я имею отношения! Пускай мне завидуют. А твоего козлика никто тут даже не знает! Как ему могут о тебе сообщить? Ну, как?
Он потащил её на диванчик, усадил в уголок и задрал подол платья. Провел рукой по ровной белой ляжке, потом по животу, запустил ладонь в трусы, пощекотал волосики внизу живота. Маргарита нервно отдернулась, стала оправлять платье. Роман даже удивился.
