Виталик разжигает печку. На его лице отражается пламя. Он сосредоточенно вглядывается вовнутрь железной коробки, наклоняет голову вбок и аккуратно просовывает в дверцу маленькое полешко.
– Зря дрова жжете, – внезапно подает голос Капец. – Осталось на пару едок. А нам тут еще сидеть и сидеть.
– У нас еще есть газ, – спокойно отвечает ему Виталик. – Мы же не собираемся сидеть здесь вечно.
– Эх, щас бы кофе… – мечтательно потягивается Валька.
– Скоро супчик сделаем, – отвечает Виталик.
В палатке становится теплее. Теплый воздух сначала касается мокрых ноздрей, затем разливается в легкие. Самое приятное ощущение за последние четыре часа, когда не топили печку. Граф предвкушает горячий чай с шестью, а может быть и с восьмью кусочками сахара.
Буран продолжался всю ночь. Не закончился он и утром. На газу сделали завтрак. Вопреки всеобщему подавленному настроению и тотальному отсутствию реакции на шутки, Андраш продолжал острить, будто это было его основной обязанностью.
– В эфире программа «Времена» и я, Владимир Познер. Уже три дня идут обильные снегопады, а у нас впереди лавиноопасный перевал. Скажите, господин Граф, вы не видите здесь некоторого противоречия?
– Нет, – ответил Граф. – Пурга – это штатная ситуация .
– Господин Айдаров, вы разделяете мнение графа Бессонова?
– Абсолютно.
– А что же думает оппозиция?
– Я размышляю о том, как нам остаться в живых, – разглядывая содержимое миски, ответил Капец.
–
Леш, – Виталик внимательно посмотрел на Графа, – а что ты думаешь насчет запасного варианта?
–
Какого? – невозмутимо спросил Граф.
–
Вернуться через Невозможный и уйти на Лисий.
–
Зачем? – так же безразлично продолжал Граф. Виталик, наоборот, с усердием ученика, объяснял, как будто объяснение действительно требовалось.
– Мы хотя бы уже знаем этот перевал. Пройдем его в обратную сторону, спустимся в зону леса. Там теплее, спокойнее, безопаснее.
Граф приподнялся на локте.
– В обратку он сложнее. Подъем по лавиноопасному склону, спуск по кулуару. Не помнишь? Нас засыпет со стопроцентной вероятностью.
– Лавиноопасные склоны можно ходить. И ты это прекрасно знаешь.
Граф вылез из спальника и сел.
– Не сегодня.
– И сколько ты думаешь сидеть? Это может продолжаться до мая.
– Значит, останемся до мая, – хлопнул по коленке Граф.
Он видел, что его оптимизм разделяют далеко не все. Капец смеялся.
– Чем планируешь питаться? Лишайник откапывать?
– Ты помнишь слова Тома? – Граф смотрел на Капца серьезно, давай понять, что веселье не разделяет. – Сидеть, сидеть. Пока не пройдет снегопад и сутки после.
– Помню. Но из всех правил есть исключения, – Капец глядел исподлобья. – И кому, как ни тебе, об этом знать.
– Хочешь сказать, – медленно произнес Андраш и посмотрел на Графа, – что как только распогодится, мы пойдем назад?
– Нет, – твердо ответил Граф. – Только вперед.
Он заметил, что в группе ерзанье. Ерзали все, кроме девчонок. Личка неподвижно лежала в спальнике, будто спала. Надежда с безразличием ковырялась в зубах.
– Так ты… хочешь идти дальше? – спросил Виталик.
– Я хочу оставить себе возможность идти дальше.
– Предлагаю, – неожиданно громко и приподнято заявил Капец, – поделить снаряжение по-братски. Палатку, горелки, печку мы вам оставляем. Возьмем только спальники, кан и спутниковый телефон, чтобы вызвать бураны.
– Вам – это кому? – все так же тихо и спокойно спросил Граф.
– Как же мы без палатки?! – испугался Валька.
Виталик и Андраш хмуро посмотрели на него, дескать, первый раз, что ли, но Капец учтиво разъяснил:
– Завтра мы пройдем Невозможный и спустимся в зону леса. Сделаем большую красивую нодью, возляжем около нее, и с кайфом в тепле отоспимся. И так все три ночи, пока будем выходить через перевал Лисий на буранку. Дальше вызовем снегоходчиков и – в Советский!
Капец с видимым удовольствием взял все дела в свои руки, внезапно став общительным, веселым и деятельным. Пока Валька, Андраш и Виталик рассеянно, медленно и как будто с неохотой паковали свои рюкзаки, он разделил еду и снарягу, собрал рюкзак и с прибауткой «кто со мной – тот герой!» вылез на улицу, где уже рассвело и вовсю бушевала пурга. Вслед за ним палатку покинули Валька и Андраш. Тщательно закутавшись, Лика пошла их провожать. За ней вылез и Граф.
– Ну, бывай! – радостно и дружелюбно обратился к нему Капец.
Граф молча подал руку.
