– Доля труса тяжела, – согласился Корнилов. – Желание стать смелым могло толкнуть Крохина на преступление.
– Но как патологический трус субтильного сложения смог убить трех масанов?
– А мы уже дали ответ, – весело ответил комиссар.
– Каким образом?
– Определив мотив, разумеется.
– Поймешь мотив, раскроешь преступление, – кивнул Корнилов.
– Именно! Крохин – «жнец», черт бы его побрал! Вот и ответ на вопрос!
– Что такое «жнец»?
Наемник кивнул, показывая, что разделяет любопытство полицейского.
Сантьяга поднялся из кресла и принялся расхаживать по кабинету.
– Вы наверняка слышали о странных событиях, которые изредка случаются с челами: женщина сдвигает огромный шкаф, пытаясь выручить попавшего в западню ребенка; спасающийся от смерти мужчина прыгает на невероятно большое расстояние; маленький мальчик голыми руками убивает в лифте насильника.
Корнилов кивнул:
– Бывало.
– Ваши ученые не способны объяснить эти случаи, а потому тупо толкуют о «скрытых резервах организма». На самом же деле речь идет не о скрытых резервах, а о забытых возможностях. Во время стресса запускается генетическая память, в которой отложены воспоминания о магии, и челы начинают машинально искать силу, а отыскав – инстинктивно используют по назначению.
– Ищут силу… Ищут магическую энергию! – догадался Кортес.
– Совершенно верно, – подтвердил комиссар. – Все эти чудесные истории происходили лишь в том случае, если рядом оказывался запас магической энергии: или артефакт, или колдун. Поэтому мы и назвали таких челов «жнецами»: они забирают энергию, откуда только можно. Самые сильные способны даже подключиться к Источнику, но подобный факт был зафиксирован лишь однажды.
– А после чел становится магом?
– Нет, возвращается в исходное состояние. «Жнецы» способны лишь использовать энергию, причем только бессознательно и только во время сильнейшего эмоционального всплеска. Хранить, накапливать, обдуманно преобразовывать – это не для них. Скажу больше: несмотря на все усилия, мы ни разу не сумели повторно пробудить в «жнеце» генетическую память и заставить вновь использовать магическую энергию. Именно поэтому феномен «жнеца» считается одноразовым. Мы смогли его объяснить, но не изучить.
– Тогда почему вы думаете, что Крохин – «жнец»?
– Факты, – пожал плечами Сантьяга. – В Битцевском парке на него, по всей видимости, напали. Крохин перепугался, и насильникам пришлось несладко. Это была инициация. Проблемы чудов начались с драки, тоже стрессовая ситуация. Перед убийством масанов случилась перестрелка. Остаются археологи, но кто знает, что произошло во время дележа добычи?
– То есть Крохин впадает в панику, и у него проявляются сверхспособности? – уточнил наемник.
– Именно.
– Обращать слабость в силу… – Кортес с уважением покачал головой: – Древние стратеги были бы довольны.
– Не сходится, – подал голос Корнилов. – Комиссар, вы говорили, что феномен одноразовый, значит, механизм должен был поломаться после Битцы.
– Получается, Крохин уникальный «жнец».
– А я думаю, вам просто понравилась идея.
– Во-первых, больше ничего в голову не приходит, – признался Сантьяга. – А во-вторых, эта версия объясняет все, включая мгновенное увеличение физической силы и отсутствие на месте преступления следов заклинаний. Крохин патологический трус, впасть в панику для него столь же легко, как для нас высморкаться. Что, если он научился обращаться к своей генетической памяти по заказу? Сознательно активизировать феномен «жнеца»? Это ведь необычайно интересный факт!
– Он убийца, – напомнил Корнилов. – Вы обещали мне его голову.
– А еще масанам, – рассмеялся комиссар. – Но это ведь не значит, что я не смогу его изучить.
– Одна голова на двух претендентов не делится, – хмуро произнес полицейский.
– Что-нибудь придумаем, – махнул рукой нав, настроение которого улучшилось до игривости. – Обещаю: никто не будет обижен.
– Каким же образом?
– В конце концов, у нас есть Мурзин, чье присутствие на Волге доказали ваши коллеги.
– Предполагают мои коллеги, – уточнил полицейский. – Тот факт, что Мурзин являлся членом команды убитых археологов, еще не доказывает, что он был на Волге.
– Отпечатки пальцев на инструментах и посуде, – вставил свое слово Кортес. – Узнать, как парни добирались, и найти свидетелей. Да что я вам рассказываю, майор? – И вытащил из кармана зазвонивший телефон. – Извините, господа, это важно.
Корнилов насупленно посмотрел на комиссара:
– Мурзин не убивал Лужного.
– Скажу больше: своих друзей Мурзин тоже не убивал. – Сантьяга обаятельно улыбнулся. – Но я подозреваю, что одного из бродяг прикончил именно он. А значит, на нем есть кровь.
– И его можно сделать козлом отпущения, – криво усмехнулся полицейский.
Он знал, что Служба утилизации способна сфабриковать любые доказательства – за тысячи лет жители Тайного Города поднаторели в умении заметать следы.
– Для начала Мурзина надо отыскать, – вздохнул Кортес, убирая телефон.
– Разве ваш напарник не следит за ним? – Сантьяга удивленно поднял брови.
– Уже нет, – пробурчал наемник. – В настоящее время Артем загорает в кутузке.
