Запахи моих воспоминаний полностью

Меня она уже видела с Дорой на одной из фотографий, сделанных на Капри. Что случилось? Я очень сухо рассказал ей обо всем. У меня есть неопровержимые улики против тебя. Стефания побледнела, потом несколько раз пролепетала имя Доры. Она явно очень переживала, разумеется, за саму себя, она не плакала, не истерила. Она была виновна, я не мог ожидать иной реакции.

Мы смотрели друг на друга, прямо в глаза, будто животные. Каждый из нас ждал реакции другого, условный знак, который даст возможность впиться зубами друг в друга.

Стефания прервала молчание.

Дора… моя Дора мертва. Бесполезно говорить тебе, что это была не я… и я уверена, что и ты этого не делал… заключим соглашение. Ты отдаешь мне письмо, мой мобильный, а я тебя вознагражу за это… а еще мы можем сказать, что были вместе в Болонье, так у нас обоих будет алиби… не пугайся этой моей холодной расчетливости…

Я привыкла вращаться в деловых кругах, и я уверяю тебя, что нужно быть твердыми, как кремень… Не раздумывай слишком долго, Сальваторе… у нас мало времени…

Видя мое сопротивление, она еще более жестким голосом произнесла: У меня есть очень влиятельные друзья, обладающие властью закона… Я выберусь из этой истории. Но я не могу позволить, чтобы всплыла наружу моя история с Дорой, это бы навредило моему имиджу, а я сейчас переживаю очень непростой момент в карьере и жизни… Я должна выйти замуж через месяц.

Я позвоню своему юристу, он к тому же мой брат, и он единственный, кто знает о моей связи с… Дорой… подумай.

Она набрала номер. Алло, это Стефания… перестань шутить… случилось нечто очень неприятное… Я в Милане… через пару часов вернусь в Болонью, встретимся в твоем офисе… может… может быть, я приду не одна… Да, все на самом деле очень серьезно!

Она закончила разговаривать и вопросительно посмотрела на меня, я должен был немедленно принять решение, но я был не в состоянии думать. Потом Стефания направилась к машине с намерением уехать. Я, не мешкая, последовал за ней.

С дрожью в ногах я сел к ней в машину. Мы направились к шоссе, ведущему в Болонью. За несколько часов поездки ни один из нас не решился заговорить, может, чтобы не прерывать размышлений друг друга.

Стефания остановилась в одной из зон отдыха. Она сделала несколько звонков, а когда вернулась в машину, я понял, что она плакала. Странно, но мне было жалко ее, но как же так? Ведь она виновна в том, что забрала у меня единственного человека, которого я любил… и все же.

Она заговорила и, будто под гипнозом, рассказала мне о пари. Она сказала, что Дора хотела оставить ее ради меня. Они были вместе в Штатах, чтобы разобраться в сложившейся ситуации. Потом в Болонье по совместным делам. Доры больше нет! Длинная пауза… Знаешь, Сальваторе, мне известно все до мельчайших подробностей о вашей поездке на Капри. Я даже знаю о котенке, которого вы купили. Как я его ненавижу…

Да, котенок, я вспомнил о нем… ведь я его не видел в квартире, может, я просто не обратил внимания.

Наконец, мы приехали в Болонью. Она припарковала машину у роскошного старинного особняка. Солидный мужчина принял нас в кабинете, обставленном дорогущей мебелью.

Я представился. Потом Стефания рассказала брату все в деталях.