Я – обычный парень в необычном мире. Как оказалось, многие сказки и истории о сверхъестественных существах совсем не выдумка. Что ж, я принял новую реальность и даже стал помогать местному шерифу в поддержании баланса между людьми и нелюдями. Но оставаться человеком в сверхъестественном мире – сложно. Особенно, когда ты лично пересекался со всеми опасными оборотнями города. Кто-то из них твой друг, а кто-то – враг.Но я и представить не мог, насколько сильным может быть мой недоброжелатель. В одно ужасное утро меня просто все забыли. Словно ластиком стёрли из реальности. Теперь я для всех незнакомец, но почему-то знающий секреты, за которые грозит смерть.Всё осложняется, когда я понимаю, что глава местных оборотней – Дэвид – вызывает у меня весьма противоречивые чувства. Я не знаю, стоит ли ему доверять, а, тем более, стоит ли в него влюбляться.
Пытаюсь продрать глаза, понимая, что в Грин Хиллс, наверняка, проснулись все, кроме меня. Ловя ускользающие мгновения сна, расслабленно улыбаюсь, но мысль о том, что я реально опаздываю, становится всё чётче. Шериф – он же мой отец – меня убьёт! Пусть я не обладаю такой же силой, как он, но помощник из меня неплохой. Главное – не опаздывать!
Скидываю одеяло. На пол с грохотом падает увесистый том бестиария, который я уже больше месяца внимательно изучаю перед сном. Мало ли каких тварей занесёт в наш городок? Надо быть готовым.
Хоть и опаздываю, а по-быстрому принимаю душ. Сегодня еще и игра в лакросс, поэтому порция бодрости мне точно не повредит. Позже, одеваясь, понимаю: что-то не так. Я нахожусь в своей комнате – и вроде в ней ничего не поменялось. Всё те же вещи всё так же лежат на своих местах. Но они кажутся мне какими-то… иллюзорными. Бездушными что ли. Как будто их только-только принесли из магазина, и в них нет никакой индивидуальности и домашней энергетики. Встряхиваю головой, пытаясь избавиться от странного ощущения неправильности окружающего пространства. Потому что всё как обычно, но этот диссонанс раздражает. Наверное, я просто не выспался.
На телефоне никаких пропущенных. Это радует. Значит, есть шанс попасть в участок раньше шерифа. Подхватив рюкзак, бегу к машине. Моя ярко-красная «старушка» заводится вполоборота. Мотор журчит как ручей. Я всегда переодеваюсь в форму на рабочем месте только для того, чтобы ездить до участка на моей ретро-малышке. Включаю радио, и на какой-то радиостанции попадается любимая песня. О, этот день определённо может стать отличным!
До участка добираюсь минут за десять, всю дорогу сдерживаясь от того, чтобы как следует втопить педаль газа в пол. Но я же помощник шерифа, и будет совсем не к лицу, если меня оштрафуют за превышение скорости.
На парковке замечаю Мэнди и Скотта. Выглядят они вполне расслабленными, мило о чём-то переговариваясь. У Мэнди в руке картонный стаканчик с кофе, она смеётся, не сводя взгляда со Скотта. Она работает в офисе службы доставки почтовых отправлений, что напротив участка, и ей очень идёт форменное тёмно-синее платье. Красивая она, конечно. И от того, что наш роман скоропостижно скончался, толком не начавшись, становится немного грустно. Во мне ещё теплятся чувства к ней, но они совсем аморфны. Всё-таки она была права, когда сказала, что нам не стоит портить дружбу отношениями. Интересно, Скотту она так же скажет после пары свиданий?
Я явно смотрю на Скотта и Мэнди дольше приличного. Наверное, выгляжу как идиот, поэтому быстро приподнимаю руку в приветственном жесте, заметив, что Скотт поворачивается в мою сторону. Но напарник скользит по мне равнодушно-пустым взглядом, никак не реагируя на мои движения. Мэнди бросает на меня взгляд, и он у неё так же абсолютно пустой. Как будто она смотрит не на недопарня-друга, а на фонарный столб.
Какого чёрта? У них в мозгах за ночь короткое замыкание произошло? Что за нелепый игнор, а главное, почему? Накануне вечером мы пропустили по стаканчику виски в местной забегаловке и разошлись по домам вполне довольные друг другом.
– Скотти, дружище, ты ослеп от моей безупречности? – В несколько шагов я преодолеваю разделяющее нас расстояние и по-дружески толкаю его в плечо.
Но он отшатывается, выставляя перед собой руку в оборонительном жесте. Второй одновременно касается кобуры. Твою ж мать, а вот это уже совсем не смешно!
– Сэр, стойте на месте. Предупреждаю, я нахожусь при исполнении.
– Это шутка такая? – Я останавливаюсь, по очереди рассматривая то Скотта, то Мэнди.
– Кто вы? Вам нужна помощь?
– Это же я! Джонни! Хватит морочить мне голову? – улыбаюсь через силу.
– Сэр, – Скотт убирает руку с кобуры, – давайте пройдём в участок, и вы расскажете мне, что с вами произошло. Вы меня явно с кем-то путаете, но мы обязательно во всём разберёмся.
Скотт говорит со мной спокойно и размеренно, но вся его поза свидетельствует о том, что он предельно собран. В растерянности я оборачиваюсь к Мэнди, но она только невнятно произносит пару слов – наверное, прощаясь со Скоттом, и направляется на выход с парковки.
– Ты правда меня не узнаёшь? – против воли голос звучит жалобно.
– Нет, я же сказал. – Скотт хмурится. И снова предлагает: – Пройдёмте в участок.
– Извините, я просто обознался. Вы похожи на моего знакомого. Я пойду, ещё раз извините.
Я отступаю назад, молясь, чтобы Скотт не попытался меня остановить. Он не сразу, но кивает.
Пока иду к машине, до меня медленно доходит понимание, почему, проснувшись, я испытывал в квартире странное ощущение неправильности. Перед глазами возникает образ комнаты, и я, оторопев, осознаю – там не было ни одной моей фотографии. Там вообще не было следов именно моего присутствия. И, наверное, я схожу с ума, потому что, опустив глаза, вижу, что на мне надета чужая одежда. Я не знаю, что происходит. Но меня не помнят друзья. Я словно стал никем. И не нужно быть гением, чтобы понять: я попал в большую задницу.
