– Здесь есть общежитие? – поинтересовалась я.
– Нет. В разных уголках территории стоят двухкомнатные домики, – пояснила педагог, – с кухней, санузлом. Лично для меня это идеальный вариант, я одинока, ни мужа, ни детей нет, зато у меня есть мечта. Хочу приобрести домик в Италии, в скромной деревеньке. Там, где моя лучшая подруга живет. Поэтому я с радостью согласилась и перебралась на новое место, свою квартиру сдала, денежки откладываю. Но с течением времени мне здесь как-то некомфортно стало, хотя все, включая Эмилию Францевну, очень приветливы.
– У вас есть ноутбук? – спросила я.
– Конечно, – кивнула Вера Игнатьевна, – уверена, что и у вас он дома есть, просто вы временно забыли о его существовании. Не переживайте, все будет хорошо.
– Разрешите мне воспользоваться вашим компьютером, – взмолилась я, – флешку посмотреть!
– Конечно, – улыбнулась Вера Игнатьевна, – нет проблем.
Я удивилась столь легкой победе.
– Дадите мне свой ноутбук?
– Не навсегда же, просто попользоваться недолго, – уточнила учительница. – Давайте пойдем ко мне в гости, сядете одна в комнате, не беспокойтесь, я не стану подсматривать за вами, просто активирую флешку, а уж вы потом смотрите сколько душе угодно.
– Видите, как это просто, – улыбнулась Вера Игнатьевна, всовывая флешку в отверстие сбоку ноутбука.
– Вспомнила, – обрадовалась я, – спасибо, правда, у меня дома компьютер другой фирмы, но это суть дела не меняет.
– Память человека удивительна и пока не очень хорошо изучена, – подхватила учительница, – мозг полон тайн. Сомневаюсь, что мы когда-нибудь их раскроем. Ну, более вам не мешаю. Когда завершите просмотр, идите в гостиную, я там чай пить буду, телевизор посмотрю. Вас не смущает, что на кухне устроились?
– Самое уютное место в доме, – улыбнулась я.
– Я так же считаю, – обрадовалась хозяйка дома и, взяв чашку и печенье, удалилась.
Я глянула на кружку, которая стояла рядом, на блюдо с заботливо нарезанным кексом и вздохнула. Наверное, не стоит угощаться. Когда я пришла в гости, то сначала отправилась мыть руки. Теоретически у Веры Игнатьевны было достаточно времени, чтобы сдобрить еду каким-нибудь препаратом. Но зачем ей это? На смену этой мысли пришла следующая: странно все же, что педагог пригласила к себе совершенно незнакомую женщину, подпустила ее к своему ноутбуку… Личный компьютер он как… клизма, уж простите за сравнение, такая вещь, которой всем пользоваться не разрешают.
Я вздохнула. Похоже, Таня, у тебя начинается профессиональная деформация личности. Педагоги считают окружающих глупыми и неразумными, врачам кажется, что все вокруг больны, здоровых нет, а начальница особой бригады полагает, что каждый лелеет некий преступный замысел. Успокойся, Сергеева, и вспомни: в мире много тех, кто просто так, бескорыстно готов помочь первому встречному.
Я шевельнула мышкой, появилось изображение двух бланков, послышался знакомый голос Лизы.
«Уважаемые Иван Никифорович, Татьяна и Дмитрий! У вас свое мнение, а у меня свое. Я всегда считала, что необходимо проверять каждую версию, даже если она абсурдна. Люди, которые учили меня, часто повторяли: «На Марсе не растут яблони. А вдруг?» Мне внушали, что «а вдруг» – мать успешного расследования. Вот я и задала себе вопрос: а вдруг Карина и впрямь пропавшая Леночка? Нереальная версия? А вдруг? Я просила вас проверить мое предположение, но все отмахнулись. А у меня с каждым днем крепла уверенность, что я не ошибаюсь. И мне пришла в голову идея самостоятельно отработать свою версию. Никаких доказательств своей правоты у меня на руках не было, только ощущение: я не ошибаюсь. С чего я начала? Лена была дочерью врача Геннадия Андреевича Кротова. Он неплохо зарабатывал. Я нашла его бывших коллег, все они в один голос твердили: у Кротова была частная практика, он ездил по домам, неплохо зарабатывал, но богачом не выглядел. Одевался скромно. Я проверила, каким имуществом владел педиатр, невзирая на то, что жила тогда с ним, он мой отчим. Ничего особенного: обычная далеко не роскошная трехкомнатная квартира, дача, которая принадлежала его матери. Теперь скажу не как следователь, а как старшая дочь врача. Наша семья не шиковала, икру ложками мы не ели, если я просила игрушки, то чаще всего слышала в ответ: «Разве у тебя день рождения? Подарки дарят несколько раз в году».
Отец частенько повторял: «Я не эмир бухарский, не могу удовлетворить все запросы домашних».
