— Дорогой? — поинтересовался собеседник.
— Кольт «Фейерверк» тысяча восемьсот семьдесят третьего года. Коллекционный, принадлежал генерал-епископу провинции Квебек, казнью которого завершилась Вторая война ересей в Северной Америке… — глухо проговорил мастер.
— А если в кронах? — перебил его наемник.
— Те же сто тысяч на любом местном аукционе, — отрезал тот. Охранник присвистнул, оценив сказанное. Устроителей торгов в СБТ не волнует «чистота» выставляемых лотов, а потому их финальная стоимость обычно значительно ниже, чем на официальных площадках в других странах. И сто тысяч крон на здешних торгах вполне могут оказаться лишь стартовой ценой лота где-нибудь в Антверпене или Лиссабоне. Если, конечно, у продавца будут в порядке документы на выставляемый товар.
— Наша премия? — опомнившись, спросил он Баума.
— Только если возьмете взломщика живым. Мертвый он нам без надобности, — неожиданно вмешалась фрау Малица, неслышно вошедшая в комнату. Герхард недоуменно взглянул на жену.
— Почему? — спросил он.
— А ты не догадываешься, кто именно навестил наш магазин этим утром? — вопросом на вопрос ответила супруга. В глазах старика мелькнуло понимание.
— Плачу тридцать тысяч, если приведете ко мне взломщика живым и здоровым, — отчеканил он.
— Солидно… — протянул наемник и кивнул: — Что ж, хозяин — барин, как говорят русские. Договорились. Будет вам «живой и здоровый», а сейчас, прошу прощения, мне нужно отозвать снайперов.
— До связи, герр Штум. — Старик отключил связь и повернулся к жене. — Итак, почему ты решила, что это Вячко?
— Дорогой, это же просто, как дважды два, — усмехнулась фрау Малица. — Мальчик умен и предусмотрителен, он прекрасно рассчитывает свои силы. Ручаюсь: о том, что наш дом под охраной, он знает, а значит, и рисковать, пытаясь пустить тебе пулю в лоб, не станет. Понимает, что может сам сыграть в ящик, а Анне, если она жива, требуется живой брат, иначе кто ее защитит? Но и оставить твою выходку без внимания он не может. И какой же выход остается у Вячка?
— Ударить по кошельку, да? — горько усмехнулся Герхард.
— И заметь, у него это неплохо получилось, — кивнула жена. — Суток не прошло, а мы уже понесли убытков на двести тысяч крон.
Очередную реплику фрау Малицы прервал вызов коммуникатора. Миг, и на развернувшемся перед супругами экране вновь появился все тот же наемник.
— Прошу прощения, господа, — буркнул он. — У меня есть новости, и не самые лучшие. Наш объект резко сменил маршрут движения и сейчас уже вышел из города. Мои люди его преследуют, но этот ушлый поганец умудрился обвести их вокруг пальца, спустившись на реку, а лед там слишком тонкий, машины его просто проломят, а потому вынуждены делать крюк через мост. Боюсь, в этих условиях беглец может оторваться от преследования и затеряться в лесу Мрижи.
— И что вы хотите от нас? — холодно осведомилась фрау Малица.
— Пятьдесят тысяч премии, и я подниму на загонную охоту всех своих людей, — отозвался наемник. Супруги переглянулись. Понять логику собеседника было несложно: мужик просто решил набить цену, понимая, что без его людей, уже вставших на след, поиск и преследование Стрелкова, которые мог бы организовать Баум, будут бессмысленной тратой времени и денег.
— Согласны, — процедил герр Баум. — Но помните…
— Живым и здоровым, да-да! — весело ухмыльнулся командир охраны, и Герхард отключил связь.
— Мразь. Это последний контракт с ним, — проговорил старик. — Мало того что его люди не смогли обеспечить охрану моего имущества, так теперь еще и деньги за отлов взломщика вымогает.
— Ну-ка, дорогой, поделись: что он тебе такого рассказал? — встрепенулась фрау Малица. — А то я не все слышала.
— Хорошо, — буркнул Герхард и приступил к рассказу. Короткому, но от этого не менее удручающему. Супруга выслушала его молча и не прерывая, а когда старик завершил повествование, тяжело вздохнула.
— Значит, говоришь, сигнализация сработала только при открытии хранилища, а на входной двери никаких следов взлома не было? — протянула женщина и замерла, словно размышляя о чем-то. Но не прошло и минуты, как она вдруг взвилась и выбежала из спальни, провожаемая непонимающим взглядом мужа. Впрочем, спустя еще одну минуту фрау Малица вернулась в комнату с огромной связкой ключей в руках.
— Что случилось?
— Наши все на месте, — невпопад откликнулась женщина… и, хлопнув себя ладонью по лбу, принялась суматошно вызывать кого-то по своему коммуникатору: — Збышек! Немедленно, слышишь, немедленно отправляйся на квартиру покойного Руперта! У него остались ключи, их нужно забрать. По исполнении доложишь. Сразу же, это важно!
— Думаешь, Вячеслав наведался к нашему управляющему? — понимающе кивнул Герхард.
— Вот сейчас и узнаем, — со вздохом произнесла фрау Малица. — А пока Збышек проверяет мои подозрения — поднимайся с постели и идем завтракать.
Продолжение этого разговора состоялось после отчета помощника хозяйки, сообщившего, что в квартире бывшего работника Баумов искомое не обнаружено.
