Эта девушка так сильно отличалась от всех остальных, что Тео не удержался. Он спросил ее о музыкальных предпочтениях, чтобы убедиться, что она хоть в чем-то похожа на других девушек. Но и тут его ждал сюрприз. Тео обнаружил, что их музыкальные вкусы перекликаются, и отказывался в это верить. Да, эта девушка никогда не потащила бы его на концерт модной музыки, и от этого становилось тошно. Почему — она? Почему Кассандра — не глупая жадная завистливая истеричка, за какую он ее принял изначально? Почему его запечатленной не стала та, кто способна лишь разочаровать, но никак не понравиться?
Он не имел права восхищаться этой девушкой. Он обрек ее на смерть ради собственного комфорта, и не должен был разглядывать в ней личность. Но понял это слишком поздно.
Желание отказаться от зелья было нестерпимым.
Но он выпил его, движимый отчаянием от понимания, что он не выдержит эти две недели.
И возненавидит себя за измену. Вот только ненависть он будет срывать на Кассандре, невинной своей жертве.
А мучить ее он больше не хотел.
На следующий день он долго колебался, не уверенный, что ему стоит идти к ней. Скорее всего, она уже беременна, а ему все сложнее держать себя в руках. А если нет? Если он перестанет приходить к ней, а она все еще не беременна? Тогда вместо двух недель ему придется навещать ее еще месяц. И это точно закончится катастрофой.
Если бы еще в ее присутствии все правильные мысли не выветривались у него из головы…
Отправляясь в лесной домик, он почти не думая захватил с собой свой музыкальный центр. Не то, что ему хотелось порадовать ее, но если ей будет чем развлечься, возможно, разговаривать с ним она больше не захочет. Сама же призналась, насколько ей скучно, что даже он в качестве собеседника устраивает. А если она не захочет, общаться с ней не получится. И все станет проще.
Наверное.
Увидев подарок, Кассандра не удержалась от радостного восклицания:
— Это что, мне?
— Да.
— А я думала, мы просто пошутили… — растерянно улыбнулась она и, вдруг, подбежав, обняла парня: — Спасибо!
Это было слишком хорошо, и Тео торопливо отстранился, пробурчав:
— Я ведь не заслуживаю благодарности. Компенсация, все такое?..
— М, думаю, это больше, чем компенсация, — уверила она. — Лифу?
Тео удивился. Вместо того, чтобы вцепиться в центр, исследуя доступную музыку, Кассандра снова приглашает его к столу.
— Не откажусь, — кивнул он.
— Я специально для тебя побольше печенья напекла, — она улыбнулась. — Тебе вроде понравилось?
— Да, — коротко ответил Тео.
Потому что у него просто не нашлось больше слов. Впервые кто-то готовил специально для него. Не за плату, не в качестве обязанности — просто так. Чтобы его порадовать. И кто? Та, кто должна ненавидеть его. Кассандра не видела от него ничего хорошего, и все же…
Это было на удивление приятно, такая забота. А печенье — столь же вкусное, как накануне. И лифа — в меру горячая и ароматная. И сидеть на маленькой кухоньке лесного домика в обществе этой девушки — до странности уютно.
— Можно тебя спросить? — вдруг заговорила Кассандра.
— А ты промолчишь, если я не разрешу? — невольно улыбнулся он.
— Скорее всего… — протянула девушка без особой уверенности.
И Тео рассмеялся:
— Спрашивай.
— Что еще из мифов о кадхаи — правда? — ее глаза зажглись любопытством.
— Все, — честно ответил парень.
Изумление Кассандры его повеселило. И, что скрывать, польстило.
— У вас и впрямь есть стальная броня, появляющаяся из ниоткуда?
— Есть, — кивнул Тео.
— И вы бессмертны?
— Можно и так сказать, — чуть задумался парень. — Нас сложно убить, и мы не умираем от болезней и старости. Но умереть все же можем. Чаще всего по собственной воле. Или от ран, нанесенных хаотами.
— Так хаоты… тоже существуют? — недоверчиво спросила Кассандра.
— Разумеется. Я ведь уже сказал — мифы не лгут.
— И как часто вам приходится с ними сражаться?
— Год на год не приходится, — пожал плечами Тео.
— Невероятно, — округлила глаза девушка. — Вы… кадхаи бессмертны и неуязвимы… почему вы тогда еще не правите человечеством?
Он едва не рассмеялся:
— Разве ты не знаешь, почему Таншу называют благословенной землей?
— Потому что земля плодородна, а климат мягкий? — предположила девушка.