— Устроить побег, — он улыбнулся самой очаровательной из своих улыбок.
— Мы запечатлены. Он меня везде найдет, — заметила девушка.
— Не везде, — возразил Мартин. — Есть место, которое недоступно кадхаи. Там ты будешь в безопасности.
— Так я и здесь в безопасности, — она пожала плечами.
— Боюсь тебя огорчить, но Тео убьет тебя, как только получит ребенка.
— Я в курсе.
— Правда? А он тебя совсем не щадит, — парень покачал головой. — Но я могу спасти тебе жизнь.
— Учитывая наши отношения — зачем тебе это? — поинтересовалась Кэсси.
— У кадхаи и без того слишком много власти. А они еще и присваивают себе право распоряжаться нашими жизнями. Я считаю, что это не правильно. И мы, люди, должны помогать друг другу. Поэтому, узнав планы Тео на его запечатленную, я решил ее спасти.
— Как благородно, — восхитилась Кэсси. — И, разумеется, в твоих планах не было ничего о том, чтобы лишить Теодора возможности избавиться от узора и шантажировать его сыном?
Мартин усмехнулся:
— Всего лишь приятный бонус к спасению невинной девушки.
— Разумеется, — "невинная девушка" хмыкнула. — А тут и еще один бонус образовался. Возможность отыграться на Кассандре Фивиа за все прошлые неудачи, верно? Прямо удачно все совпало.
На лице Мартина мелькнула досада, но пропала так быстро, что, не знай его Кэсси так хорошо, не заметила бы. Взамен он вполне натурально изобразил обиду:
— Кассандра! Мы ведь уже не дети. Ты же не думаешь всерьез, что я все еще зол на тебя. Спустя столько лет? Я искренне хочу помочь. Разве ты не хочешь спастись?
Девушка подумала, что, будь на ее месте кто другой, у Мартина бы все получилось. Он выглядел искренним и вызывал безотчетное доверие, а мотивы его действительно казались благородными. Напуганная перспективами близкой гибели жертва бесчувственности Теодора легко купилась бы на это предложение, согласившись на побег. Даже сама Кэсси могла клюнуть, если бы не знала Мартина.
— Спастись? — задумчиво переспросила она. — Если это означает сменить одну тюрьму на другую, и поменять тюремщиков — то нет. Теодор хотя бы беспокоится о ребенке. А что ограничит тебя?
— Ограничит? — опешил Мартин.
Кэсси усмехнулась:
— Мы оба знаем, что ты — вовсе не благородный рыцарь. И я даже пытаться не буду представить, что ты сделаешь со мной, если я окажусь в полной зависимости от тебя. Но мне это точно не понравится.
— Неужели ты не веришь, что я мог измениться?
— Извини, но нет.
— Подумай хорошо. Другого шанса не будет, — голос Мартина стал серьезным.
— Пожалуй, я откажусь, — уверенно ответила Кэсси. — Тебе лучше уйти.
Он вперил в нее долгий взгляд, криво усмехнулся и исчез за воротами. Кассандра выдохнула с облегчением. Конечно, рядом собаки, которые не дали бы ее в обиду. Но вдруг у Мартина оказалось бы с собой оружие? Он мог убить собак и похитить ее, не дожидаясь согласия. И Теодор бы ее не нашел.
Кэсси передернула плечами от такой перспективы. Перед внутренним взором пронеслись сцены насилия и унижений, которым мог подвергнуть ее безнаказанный Мартин.
Самое плохое, что угроза вовсе не исчезла с его уходом. Он может вернуться в любой момент.
Кэсси подумала, что ей следует попросить у Теодора средства связи, хотя бы с ним самим. Если ее украдут, такое ей пригодится.
Остаток дня и всю ночь Кэсси с тревогой прислушивалась к звукам во дворе, опасаясь вторжения. И тревожным сном забылась только под утро.
Невыспавшаяся, она без особой охоты занялась нехитрым своим хозяйством, мрачно думая, что зря себя накрутила. Ожидание неприятностей выматывает, а до разговора с Теодором она все равно ничего поделать не сможет. И к чему тогда нервничать? Только зря силы переводить.
Но с тем большим нетерпением она ждала появления Теодора. И беспокоило ее уже не столько то, что он решил, сколько собственная безопасность.
Вот только, когда Теодор зашел, сказать ему она ничего не успела.
— Раздевайся, — коротко бросил он.
— Что, вот так сразу? — опешила она.
— Замолчи, — велел он.
Как-то Кэсси успела отвыкнуть от такого кадхаи — грубого и безапелляционного. Однако угроза в его взгляде заставила девушку подчиниться. И выпил он свое зелье прежде, чем она успела с ним поговорить. Как же не вовремя! И ведь первый будет жалеть, что ее не выслушал, случись что.
— Значит, ее ты простил, а мне решил мстить? — заговорить она решилась, лишь когда он уже уходил.
Кадхаи остановился на мгновение, но так ничего и не ответил. А когда за ним закрылась дверь, Кэсси вдруг разрыдалась.
Это все оказалось для нее слишком. Сказались почти двое суток напряжения. И ведь она ожидала, что все так будет, но из-за Мартина оказалась к этому совершенно не готова. Ее тревожила собственная безопасность, и демонстративное равнодушие Теодора больно ударило. Потому что проявилось совершенно не вовремя.
Немного успокоившись и приведя себя в порядок, Кэсси задумалась. Подобные эмоциональные всплески были совсем не в ее характере. Такие переживания на ровном месте никогда не были свойственны Кэсси. И это было очень похоже на то, что описывалось в справочнике для беременных. Действие гормонов.
Эта мысль заставила Кэсси замереть.