Похожи люди на свиней.
Ну что тут делать? Хоть убей!
После пьяных разговоров
Спать уже мечтает боров.
А Иваныч уже дрыхнет,
Иногда во сне он хрыкнет.
Утром рано, спозаранку
Профессор крутит руль-баранку.
На работу он спешит,
Мысль новая кипит.
К свиньям сразу он заходит,
По порядку их обходит
И укол какой-то вводит,
А в глазах бесенок бродит.
Ничего не замечает,
Мозг дилемму все решает:
Быть лекарству или нет?
Нужно срочно дать ответ.
Наш Иваныч с пьяной рожей
На свинью уж был похожий.
Его профессор не узнал,
Вколол укол и зашагал.
Иваныч мало что понял,
Но пить совсем он перестал.
Алкоголь не переносит,
А если примет, то поносит.
Хрюкать сразу начинает,
А это сильно так смущает.
Толик, милый Толик!
Он теперь не алкоголик.
Он теперь солидный свин,
Себя ведет как господин.
Профессор «Нобеля» получит,
Если мир он пить отучит.
В нашем теле есть микробы,
И их не вывести с утробы.
Микробы вечно жрать хотят,
О том нам голодом вестят.
Когда микроб воды захочет,
Об этом жажда захлопочет.
Стоит над Русью вечный гнет,
И это нервы наши рвет.
Рабов в себе мы не убьем,
И комплексуем мы во всем.
И вынуждены водку пить
И этим комплекс притупить.
Нам алкоген давно привит,
Он сильно кровь внутри мутит.
Микроб приучен к алкоголю,
Ему подайте его вволю.
Об этом будет он кричать,
И алкоголь придется дать.
Пока микроб всласть не напьется,
Душа и тело не уймется.
Вот человек решил не пить,
И начал врач его лечить.
Нарколог ставит кодировку,
Дает он мозгу установку:
«В рот алкоголь совсем не брать
Ну, скажем, лет так эдак пять».
И человек не пьет пять лет,
Микробы спят и ждут момент.
И тот момент опять пробьет,
Микроб проснется, оживет.
Мутантом будет он теперь
От кодировки той. Поверь!
Вот начинает мысль сверлить:
«Опять вина б того испить.»
И стоит сделать лишь глоток,
Мутант потребует поток.
То кодировка роль сыграла
И где-то психику сломала.
И человек ушел в запой,
Хоть начал с дозы небольшой.
Подростки! Юные созданья!
Я обращаю к вам вниманье.
Вы стали много пить спиртного
И в том не видите плохого.
Обычен стал вам алкоголь,
А в душах поселился ноль.
Вино и пиво, энергетик,
Алкококтейль – и есть букетик,
Который мозг ваш будоражит,
Зовет на подвиги, куражит.
А вам всего двенадцать лет.
Вопросов много. Где ответ?
Как дети начинают пить?
И как им с этим дальше жить?
Возьмем, к примеру, мы мальчишку,
Который не читает книжку
И телевизор очень любит,
Любой канал пультом он врубит.
По «ящику» идут программы,
И в них заложены рекламы,
Какое пиво надо пить,
Чтоб фирмам прибыль приносить.
Ребенку дали установку,
Рекламы кадр лег в головку.
Папаша твой, любитель пива,
Из холодильника красиво
Бутылку пива достает
И при тебе ее же пьет.
Тебе пить пиво запрещает
И все о возрасте вещает.
Запретный плод! Всегда он сладок.
А к холодильнику путь гладок.
И выпивает наш пацан
По жизни первый свой стакан.
И очень тем в душе гордится,
В кругу друзей есть чем хвалиться.
Как дети пиво покупают?
При том искусство проявляют.
Записку продавцу напишут
Ее как взрослые подпишут:
«Прошу продать ребенку пиво.
Я инвалид, и мне тоскливо.
Ходить совсем я не могу,
Я потерял в бою ногу.
Отец ребенка». Подпись, дата.
И пожалейте вы солдата.
И продавец записке верит.
Продали пиво. Кто проверит?
Бывают продавцы такие,
Как будто бы они слепые.
Ребенку пиво продадут,
Еще и сдачи не дадут.
Клиента возраст безразличен,
Доход кармана увеличен.
Мы тоже детям пособляем,
Когда их просьбы выполняем.
Я приведу пример один.
Мужик заходит в магазин.
К нему мальчишка подлетает,
Сует деньгу и умоляет.
О чем он молет, все поняли.
В той ситуации бывали.
Берем для них бутылку пива,
Не чувствуя себя стыдливо.
Пройдет всего лишь пара лет,
Пацан не скажет пиву «нет».
К нему он водочки добавит
И энергетиком разбавит.
Уже он ходит на тусовки,
Одев красивые кроссовки.
И с них он трезвым не приходит,
Такая жизнь его заводит.
И рано секс он познает,
А тело-то еще растет.
А это очень истощает
И сильно психику ломает.
Ведь подростковый онанизм
Ослабляет организм.
Опустошенность и нервозность,
Необъяснимая тревожность.
Себе он места не находит,
А это к выпивке приводит.
Она ему мозг затуманит,
Теперь его к друзьям потянет.
А у друзей такой же путь,
С него так трудно им свернуть.
Их что-то в стадность превратило,
И могут дать друг другу в рыло,
Черту закона преступить
И преступленье совершить.
И нет гармонии в душе,
И жизнь ставит им туше.
А женщина! Женщиной будет
И мать, и сестра, и жена.
Она мужчину в мужчине пробудит
И даст на дорогу вина.
В советское время так пели.
Мужчины от песни балдели.
Песня слезу вышибала,
Песня за душу нас брала.
Сейчас я бы спел иначе.
Женщины стали хватче
И пьют алкоголь как мужчины,
По поводу и без причины.
А пиво для них словно фанта,
Бутылку держат как франта.
И пьют они его смело
И даже как-то умело,
Идя по парку, гуляя
Или по делу шагая,
Или с подругой болтая,
Или мужчину встречая.
Картина стала привычной,
Не то, что раньше, обычной.
Статисты кричат во весь голос:
«Алкоголички растут как колос».
Вино, коньяки и бренди.
На них стали падки леди.
Родить для них уже сложно,
