Читать я научился еще до школы. Во втором классе уже Гоголя читал, мало что понимал, но было интересно. Почему Гоголя? Да попался он мне первым под руку, к тому ж он занятный писатель. Впадал иногда в депрессуху, литература все ж не детская. Мог подолгу оставаться один, не выходить гулять на улицу, мне и так, наедине с собой было кайфово, и всегда было чем заняться. Особенно омрачил мне однажды жизнь чеховский “Черный монах”. Потом, помню, когда у меня пошел полный швах с точными науками, я не мог понять, кто я – дебил, или все-таки у меня нормальный мозг? Потому что классе в 3-ем я уже прочел и Чехова, и Гоголя, не говоря про всякие “Юные техники” и “Технику-молодежи”, с тряпошной фантастикой из районной библиотеки, а с математикой, а особенно с физикой и химией у меня не клеилось совсем. Глядя на многих своих одноклассников, для которых и Чехов и Гоголь, и математика с физикой остались понятиями неопределяемыми, я полагал, что я ну никак не дебил. Тогда почему? Английский у меня пошел просто на ура, я чувствовал, что любой язык потяну легко, мне это было интересно! Но – ай эм э гуд э паяниэ… Да еще преподавательница у нас была, что и вспомнить тошно. Сын у нее отказался в армию идти, и его посадили. Зато потом они в Штаты уехали.
Помню зуд и нетерпение в первом классе, – скорей бы научиться писать и, – писать. Крючки-палочки, – писать меня научите! Но дело пошло быстро. В те годы как раз шло много индийских фильмов. Посмотрев очередной, я садился и писал. Начало всегда было интригующим, как аккуратно готовящаяся змея перед броском, но страницы через три повествование сходило на нет, фантазия иссякала. А в голове уже начало другой истории, – еще лучше. И так без конца, я быстро перешел на общие тетради в 96 листов, 18-ти листовые мне уже в 3-ем классе не канали. Перечитывал, что написал и с изумлением видел, что это полнейшее днище. И писал по новой. И опять было фуфло. Это был тупик, возникало плохое предчувствие. К старшим классам я уже был матерый писатель с очень специфичным, отстраненным выражением глаз. Некоторые меня боялись. Учиться перестал совсем, физически не лезло, поэтому сразу свалил в ПТУ после восьмого класса, где пошла уже полная жесть.
Когда я в детстве смотрел кино, я начинал злиться. Я видел, что те, кто это снимал, держат зрителей за слабоумных. Так оно и было, судя по тому, что сказал Эмиль Латяну про тех, кто в СССР занимался кинематографом. Они все были из одного профсоюза, и училки, отбившие нам в школе всю охоту к приобретению знаний, и эти, мать их, режипсеры.
Недавно пересмотрел главный хит нашего детства “Танцор диско”, и поразился, как круто сделан фильм, в клиповом режиме, безжалостно выброшен весь лишний потрох, – только суть. И боговдохновенная музыка. Это в 80-х годах. Бедный бомбейский мальчик, выросший до звезд, исполнивший мечты своей мамы, свои, и всей Индии…
ПРО ТЕЛЬЦОВ.
(записки астролога)
Был у меня сосед, который за 30 лет ни разу не был замечен трезвым. Одна-две бутылки водки в день это была норма, самой дешевой, паленой, на цельном техническом спирту. Возле веранды под окнами всегда стоял мешок-другой, набитые пустыми бутылками. (Что это за печень, из какого редкоземельного материала???)
Работал водителем городского автобуса, (на ихнем сленге – "скотовозка") а потом стал возить пассажиров на своей частной маршрутке (списанный ПАЗик), деньги зарабатывать умел, ночь, зима, мороз, сосед перебирает двигатель, а утром – в рейс.
Раз в пятилетку местные гаишники теряли терпение и отнимали у него права, но родня всегда помогала выкупить. Однажды в очередной круголет кармических узлов гаишники поставили условие, что он получит права обратно только после курса лечения в наркодиспансере. Из которого через неделю его и выпер рассверипевший главврач, так как заведение полным составом бешенными темпами вдруг начало спиваться. Права все равно себе вернул, хотя врач не то что бюллетень оформить, а и справки без печати даже не дал.
Где-то после сорока купил пистолет пневмат под ПМ, из которого каждый вечер обещал жене застрелиться. Из этого пневмата уже на расстоянии двух шагов былос никуда не попасть, стальные шарики летели куда угодно, только не в цель, но сколько мы не стреляли по бутылкам и камышам, сосед никогда не промахивался. Две симпатичные глазастые дочки и глазастая жена-великомученица, знал ее с самого детства, простая симпатичная девчонка, очень хорошая и не глупая, но вот такая судьба.
И о карме – поменяв место жительства, переехав в деревню, оказался соседом точно такого же кренделя, такого же тельца, (оба поджарые белобрысые бестии) который регулярно заезжал в своей газели то в болото, то по полям в соседнюю страну, то в соседнюю машину. То приходилось снимать эту битую-перебитую газель с дерева. После ремонта, запоя, сварочных работ, и прочего феерического трэша, которым была есть и будет вся эта телячья жизнь, сосед однажды пылил с утра на работу, в славный город Воронеж. Да и вообще, куда звезды заведут.
