Продолжение первого тома стихов. Мистические творения, туманные мысли автора, лирические стихи и видение природы. В прочем и образы из фантазии автора.
Описание:
Продолжение первого тома стихов. Мистика, туманные мысли автора и природа. В прочем и образы.
========== Часть 1 ==========
В глуши, в безбожной тишине,
Твори, не зная жалости и зла,
Ты позабудь о страхе вопреки
Мороку ворожеи беспристрастной.
Ведь путь твой, дальняя дорога,
Она ведёт в тенисту топь,
Где варварский завет прочтет забвенно,
Любой живой, кто хочет жить.
Ведь там в природе естества
Сочится, теплится тревога,
Там первобытный дух страстей,
Там злобный рок нашел пристанище.
И если тебе жизнь ещё важна
Придется позабыть о слове божьем,
Ведь ворожеи глаз острее, чем у льва,
Когтей зверей бояться стоит меньше,
Чем остроты ее пера.
Ведь в заклинании своем и силе,
Она живёт не мало лет.
Ей сотни. Для нее ты лишь ребёнок,
Которому придется взять ответ
За каждый шаг, который уловила
Вниманием своим в чертогах топи,
За каждый помысел, что высек,
Твой разум, как чернила на бумаге.
Ты для нее открыта книга.
Ты не загадка. Лишь глупец.
Без плана дом покинувший,
Чтобы отныне стать ей слугой вовек.
И только зеркалом в тумане
Гладь озера поймает лунный свет.
Его касание – безмолвное молчание
Дарует твой ответ и волчий след.
По тем тропам тенистой топи,
Где первобытный дух страстей
Нашел себе личину оболочки,
Где рев тревоги поднимает зверь.
Любовь и боль
Две крайности одной личины,
Как горько и правдиво
Но если бы мы не были слепы,
Тогда узрели бы,
Что лишь две стороны одной медали
На нашу долю выпали,
Тогда, как мы другого ожидали.
Терпением не обладали,
И бились, словно ветер волны
Бросает на хребет скалы.
Мы были так слепы, но так влюбленны,
Что не могли простить, забыть и обмануться,
Вновь быть, лишь по простому рядом.
И нам теперь в ответ
На полуночные стенания будет одно –
Безумное молчание.
Лишь в нем есть истина и нету лжи.
Пророка прогневят глупцы.
В душе себя лишь проклянешь,
Ступая с хрустом под ногами,
Ты ведь уже не повернёшь,
Нет там пути – пути обратно.
Опасность дышит сквозь туман
Завесой терний и терзаний.
Ведь зверь сквозь ряд
Высоких ель не убежит,
Он ждёт у цели.
Охотник для него – добыча,
Что в логово сама идёт.
Как глупая степная крыса
В глазах змеи танцует и поет.
И он, подобно этой жертве,
Не ведает, как близок к смерти,
Как коротка здесь грань ошибки,
Как велика цена ответа.
И хруст, как будто молнии касанье,
Ударит по ушам раскатом грома.
И вспышка озарит прозреньем
Лик оборотнического ложа,
Где человек – его трофей,
Где плоть ещё свежа, но кровь испита,
Где кости – лишь знакомый интерьер,
В котором новый – только единица.
Маленькая сказка
С бездонностью глаз.
Волшбы вечная тайна
Сокрылась в твоих речах.
Маленькие крылья,
Не уловимы для людских глаз
Ты – одна из тысячи,
В чьих руках сила, скрытая в веках.
Старая кровь, тех времён, когда
Сатиры водили людей в леса,
Тех времён когда
Нимфы дарили улыбку,
С чуть опущенных глаз
Сыпались мириады искр разных прекрас.
С тех времён,
Когда Фавны сказали легенды,
Когда феи пели о вечности
И сладости жизни.
Ты одна из их крови,
Жемчужина среди высот небоскребов,
Потерявшаяся на виражах
Мимолётной жизни.
Ты одна из немногих,
Кому подвластны чары
Видеть жизнь и не покоряться ее мотивам.
Но не увидеть людским глазам
Кто есть жемчужина,
Среди тысячи страз.
Смерть и поражение.
Опасность рядом.
Притаись и молчи.
Схоронись, судьбу не кляни.
Не помогут тебе святые псалмы.
Не теряй попусту сердца ритм.
Слушай, как никогда.
Ведь ты один на один
Пред своим неприятелем.
И покажется детской бедой
Жар былых вешних битв,
Когда челюсти звук чвакнет рядом.
Обошлось, но только на радость
Это игра, где ведущий не ты.
Битва с проигранным началом,
Но не записанным концом.
Человек умнее зверя.
Твой черед. Выстрел.
Прорезал расстояние и затих.
Пепел времён осыпает на плечи
Хладным морозным касанием снега.
Слишком поздно.
Рев отрезвляет разум. Касание.
Слишком поздно.
Точка ложится красным пятном на повествование.
Ещё одна жизнь,
Но победа убита.
Поцелуй я пошлю тебе,
Не в открытке с печатным конвертом,
Не подарят его в рукаве
По задумке вертлявого фокусника.
Не доставят и на корабле
Вместе с трюмом, пропахшим морскими
Или может мирскими вещами.
Не получится передать
На словах, как и на страницах,
Темной книги и чрез сумрачный шёпот,
Но быть может распустится лилией,
Красно-рыжей, тигровой, в окошке.
Или может услышишь его
Ты в романтике позднего вечера,
Где в аллеи совсем темно,
Но горят фонари и светлеет
Одинокая лавочка в рамке
Из осенне пожухшей листвы.
Может там, между строк прочитаешь
Ты любовно-смущенный мотив.
Расцветает ли жаркая нежность
Или может быть страсти порыв?
Ты поймёшь это, может в мгновение,
Когда радости выйдет прилив,
Когда взгляд полон чувств и доверия,
Когда шепчут уста призыв.
Когда сердце страдает во рвении
Выйти прочь из оков мирских.
Может быть это чувств отрада,
Ну а может горька тризна,
Ведь любить слишком воля напрасна,
Бесполезна и мысль бунтовать.
Все равно перед этой силой,
Как пред волей творить чудеса.
Просто сходятся как-то по жизни
Друг для друга родные сердца.
Ты прекрасна до кончиков пят
