Я замахала руками:
- Ни за что!
Алена вздохнула и замолчала. Она, естественно, знала о двух моих неудачных браках. Через час я забыла об этом разговоре. В пятницу вечером мы с Кешей укатили в Переделкино, на дачу. Союз писателей отчего-то после смерти папы сразу нас не выселил, мы пользовались домом до 87-го года.
В субботу Кеша примчался на участок с самой радостной улыбкой.
- Мамуся, - сказал он, - гляди.
Я посмотрела в кепку, которую он нес в руке. На ее дне лежало нечто крохотное, совершенно беспомощное, бело-черное... Щеночек, которому от роду исполнилось недели две, не больше. У него даже были еще закрыты глазки.
- Вот, - тараторил Кешка, - нашел на берегу пруда. Как он туда попал? Непонятно.
Мне сразу вспомнилась повесть Тургенева "Му-му". Небось кто-то нес кутят топить, а этот то ли выпал из мешка, то ли выплыл из воды.
- Мы его оставим? - запрыгал Кеша.
Я тяжело вздохнула. Несчастное создание не выживет. У нас всегда были собаки. В доме жила пуделиха Крошка, на даче, во дворе зверь непонятной породы по имени Дик. А еще имелась кошка Дымка. Не желая пугать ребенка, я осторожно ответила:
- Щеночек слабенький, он может заболеть!
- Давай его покормим, - предложил Кешка.
И мы стали предлагать песику еду. Но тот упорно не желал пробовать угощение; молоко, кефир, детская смесь "Малыш" и каша "Здоровье" решительно не пришлись ему по вкусу. Я испугалась окончательно: несчастное создание точно умрет. Но тут в гости ко мне пришла Алена Струтинская, увидела эмбрион, лежащий в коробке из-под сахара, смоталась к себе на дачу и притащила остатки питания, которые не допил из бутылочки ее сынишка Андрюша. В те годы достать качественный заменитель материнского молока было практически невозможно, но Димка как-то исхитрился и надыбал для младенца банку то ли "Симилака", то ли "Бона".
Щеночек очень оживился и с жаром слопал смесь. С тех пор Алена отдавала нам "недопивки", а Димка стал звать Андрюшку и собачку "молочными братьями".
Аркашка, в то лето увлекавшийся Сеттоном Томпсоном, назвал щенка Снап. В книге у Томпсона есть собака с таким именем, очень храбрая, мужественная, большая, сильная.
- И наш вырастет, - радовался Кеша, - станет квартиру сторожить.
Но Снапик не превратился в охранное животное, он мало походил на собаку Баскервилей, больше на помесь болонки с терьером.
Маленький, лохматый, с замечательными треугольными ушками, которые Снапуша то поднимал, то опускал, и пушистым, веерообразным хвостом.
Он мгновенно понял, что я его мать, и принялся везде бегать за мной, жалобно скуля, если хозяйка терялась из виду. Первые два дня Снапун спал в коробке из-под рафинада, потом я пожалела его, маленького, беспомощного, и взяла к себе в постель. С тех пор всю свою жизнь Снап спал со мной, норовя положить морду на подушку. За три летних месяца в Переделкине он вырос, опушился, стал хорошеньким, егозливым щенком, совершенно счастливым и здоровым. Тридцатого августа мы с Кешей вернулись в Москву. Сели в электричку, я держала на коленях слегка испуганного Снапа.
На станции "Солнечная" в вагон вошла цыганка, она тащилась по проходу, изредка выкрикивая:
- Эй, кому погадать!
Народ не обращал на нее внимания. В конце концов ромала шлепнулась около меня на скамейку, расправила грязную цветастую юбку и спросила:
- Хочешь, правду расскажу?
Я, решившая после возвращения из Сирии никогда не иметь дела с теми, кто предлагает заглянуть в будущее, решительно ответила:
- Нет!
Девушка засмеялась:
- Ты счастье нашла!
Я молчала, надеясь, что она уйдет. Цыганка встала, ткнула пальцем в Снапа и сообщила:
- Господь тебя за это наградит, дома радость ждет!
Вымолвив эту фразу, она пошла по проходу, подметая длинной юбкой грязный пол. На всякий случай я поплевала через левое плечо. Не надо мне никаких радостей, обойдемся, нам и так хорошо!
Тридцать первого августа ко мне на кухню ворвалась Алена и велела:
- Завтра в семнадцать часов ты у меня!
- Зачем? - удивилась я.
- Жених придет.
- Какой? - Отличный, - затараторила Алена. - Кандидат наук, ученый, преподает на факультете психологии, Донцов Александр Иванович.
- Не хочу, - топнула я ногой.
- Кто тебя спрашивает, - обозлилась Алена. - Я сама знаю, что лучше! Положительный человек, хорошо зарабатывает, не пьет, умница, давно в разводе, чего еще надо?
- Не желаю замуж, - уперлась я.
- Тьфу, - плюнула Алена, - хватит глупости пороть. В семнадцать изволь явиться ко мне в парадной форме, ясно?
Спорить с Аленой было делом бесполезным, пришлось покориться.
Минут через десять после указанного срока я постучалась к Салынским. О том, что я весила в те годы сорок два килограмма я уже упоминала. К тому же я очень близорука, очки не ношу исключительно из кокетства, они мне решительно не идут.
Оказавшись в гостиной у Алены, я, желая рассмотреть кандидата в мужья получше, сделала жест, хорошо знакомый подслеповатым людям. Поднесла к правому виску палец и слегка подтянула вверх уголок глаза, так сказать, навела его на резкость.
Внешний вид предполагаемого мужа меня разочаровал. Передо мной сидел полноватый человек, одетый в безукоризненный костюм.
