– Поймите, меня тоже застали врасплох этим «новым видением». Больше двух месяцев работы впустую! И столько же теперь, возможно, понадобится на переделку!
– Извините, но это, как бы, Ваши трудности. У нас в договоре сроки и пени.
– У меня в договоре, представьте, тоже, и сроки, и пени.
– Тогда я приостанавливаю работу, перебрасываю людей на другой объект, а от Вас жду документацию.
И прораб, видимо считая разговор оконченным, достал телефон и, что-то бубня себе под нос, начал что-то набирать в нём.
Мой заказчик, Александр Петрович, недавно купил этот дом без внутренней отделки и поручил мне «довести его до ума», как он выразился. Работать с этим проектом было сплошным удовольствием, как это всегда бывает, когда человек знает, чего он
Проектная часть осталась позади и сейчас я приступила к авторскому надзору (это когда надо следить за тем, чтобы строители и прочие подрядчики не придумали свою трактовку моих чертежей, а заказчики не пошли у них на поводу, доверяя «профессионалам»).
И всё было прекрасно ровно до того момента, пока Александр Петрович с женой не «самоизолировался» где-то на Средиземноморье и не делегировал реализацию проекта своему представителю, Эдуарду, который, по сути, стал «пятым колесом в телеге» и существенно мешал работе.
Последовала череда непоняток и нестыковок с уже утверждённым заказчиком проектом. И вот сегодня – очередная «непонятка», которая не только перечёркивает проделанную работу, но ещё и грозит приостановкой ремонта. А сроки в договоре были, действительно, строго оговорены. И прораба, по большому счёту, тоже можно понять. Он не может оплачивать «простой» своей бригаде.
– Хорошо, – сказала я, возвращаясь к прорабу, – я постараюсь побыстрее разобраться и, как только у меня будет какая-нибудь информация, я с Вами сразу свяжусь.
Прораб, не отрываясь от телефона, кивнул мне, давая понять, что он меня услышал.
Шагая в сторону стоянки по дорожке из брусчатки, я, то и дело, проваливалась каблуками моих новых туфель в расщелины между брусчатками, чья ширина в точности совпадала с размером набоек туфель. В конце концов, правый каблук намертво застрял.
«Вот чёрт! – пробормотала я вслух, пытаясь высвободить туфлю, – ну кто же делает такие расстояния между брусчатками?!»
Кое-как высвободив туфлю, я медленно доковыляла до своей машины. А набойка так и осталась замурованной между брусчатками.
Усевшись в машину, я набрала номер своего визуализатора DanCo. Вообще-то его звали Данил, но, будучи человеком творческим и, по его собственному признанию, перспективно мыслящим, он создал себе личный бренд DanCo, лелея, наверное, мечту об одноимённой компании.
– Привет, Поли- ролька, – раздался его бодрый голос.
– Привет. По коттеджу будут изменения.
На том конце провода воцарилась тишина. DanCo, видимо, обдумывал мои слова.
– С чего бы это?
– Цитирую слова Эдуарда: «Сланец не в стиле!», – я изобразила «компетентный» тон.
– Да ну! Это
Я с тоской подумала о том количестве слэбов сланца, что я «перелопатила», выбирая лучшую текстуру, прежде чем нашла тот единственный, что так изумительно переливался, когда к нему подносили лампу.
– Нравился. И стиль, и цвет, и планировочное решение – всё нравилось. Я так радовалась, что, в кои-то веки будет цельный интерьер, без этих вечных компромиссов «жене – кухня, мужу – кабинет».
DanCo невнятно выругался.
– Так там у тебя сланец- стилеобразующий элемент на всём первом этаже!
– То- то и оно, – совсем сникла я.
– Душенька, выше нос, ты и не из таких ситуаций выкручивалась, подумаешь! Напугали бабу толстым…
– Так, ладно, – поспешила я прервать его словесные экзерсисы. – Обдумаю «новое видение» и напишу тебе что нужно переделать.
– Пиши, Поли – идейная моя!
Поговорив с DanCo, я призадумалась. Действительно, не в первый раз в моей практике всё идёт не по первоначальному плану. А уж человеком «домашнего задания» я никогда не была. Из скольких сложных ситуаций по работе, да и просто по жизни мне приходилось выпутываться, меняя на ходу стратегию!
Вот и сейчас, продолжая сидеть в машине, я прикидывала возможные варианты замены «нестильного» сланца, исходя из принципа «и волки сыты, и овцы целы», когда мой телефон «ожил».
От одного имени звонящего абонента у меня потеплело на душе: звонила одна из моих любимых клиенток Татьяна Сергевна (я называла её в ретро – манере, Татьяна Сергевна, что той, безусловно, импонировало), дама, что-то около шестидесяти лет, приятной наружности и деликатного содержания. С Татьяной Сергевной мы заканчивали декор её загородного дома. Вот где труд был в радость и приносил вполне ощутимые плоды: дом получался – просто «конфетка», в стиле классицизм, с колоннами и гипсовой статуей. Планировалась печать этого интерьера в глянцевом журнале. Татьяна Сергевна принимала самое активное участие во всём процессе, от планировки до декорирования.
