В маленьком поселке провинциального подмосковного городка «Я», размещенного на холмистой Клинско-Дмитровской гряде, оставленной ледником, где-то двадцать тысяч лет тому назад и случилось это событие. У меня там живет родня, тетушка которой почти девяносто лет. И вот однажды прекрасным осенним днем она мне звонит и своим хрипленьким голоском говорит, что в домике, где она живет, отключили воду, и просит помочь, потому что на поселке с целью экономии бюджетных средств ликвидировали еще год назад водоразборные колонки. Я, конечно, ее успокоил и пообещал «решить», как теперь говорят, этот вопрос. На всякий случай налил четыре канистры воды и ей отвез, для подстраховки. Сам же взялся обзванивать службы «водоканала», которые после долгого обсуждения рассказали, что это тупиковый водопровод на три частных домика. Ему больше сорока лет, труба сгнила и надо строить новый. А на носу зима. А там расстояние больше ста пятидесяти метров. Учитывая, что сам я давно на пенсии и не работаю, быстренько нашел знакомого прораба Андрея и попросил его выполнить работы по перекладке водопровода. Тот пообещал сделать и после составления сметы озвучил цену работы. Пришлось ехать на поселок и договариваться с соседями по имени Света. В крайнем доме живет, уже довольно взрослая, лет сорока, дама с двумя грудными близнецами, в среднем моя тетушка, и в первом от колодца – друг моего покойного брата Евгений со своей престарелой матерью, тетей Грушей. Все мы собрались, обговорили стоимость и дали Андрею прорабу, добро и аванс. Тот пообещал в ближайшую субботу все сделать. Ну у меня никаких сомнений не было, поэтому я не поехал на перекладку водопровода. А где-то в пять часов дня Андрей звонит мне и зовет приехать на пуск воды и не забыть с собой взять оставшуюся сумму денег за работу. Поехал. Приезжаю на место… Ну да и не удивительно, это же моя Родина. Вдоль улицы тянется довольно заросшая аллея деревьев, сейчас полыхающая цветной осенней палитрой. За ней поле, недалекий лес, в который мальчишками мы бегали за грибами и ягодами, сейчас тоже разукрашенный поздним сентябрем прямо-таки в фантастические тона. Ну да ладно, немного отвлекся. У домов, куда тянули водопровод, стоит народ, со всей улицы собрались, все руками машут, женщины плачут, что-то обсуждают. Подхожу, спрашиваю. Говорят, нет воды. Смотрю на рабочих, с ними нет Андрея, спрашиваю про воду, руками разводят. Не знаем, говорят, все сделали по проекту, а воды нет. Ждем Андрея, сейчас приедет. Знакомлюсь с рабочими, все из среднеазиатских республик. Маленький, худенький – Карим; высокий – Санжар; толстый, буквально колобок – Наби.
А вот и Андрей. Подъехал на красном «ситроене». Подошел. Поздоровались. По поводу воды руками развел. Будем искать – говорит. Ну тут и началось. Карим сидит в одном колодце, Санжар в другом, Наби по команде Андрея бегает от колодца до колодца передает команды. То открывают задвижки, то закрывают, причем не только новые, но и все старые. А они не открываются, закипели. Евгений по просьбе Андрея то бежит домой и приносит какую-то тонкую длинную отвертку, то монтажку. Сантехники разобрали всю новую запорную арматуру и опять собрали. Воды нет. Зато в колодцах воды полно. То ли грунтовая, то ли из труб натекла. Установили генератор тока, с насосом, включили и стали откачивать по спущенным в колодец трубам. В общем, так целый час. Все грязные, мокрые, устали как собаки. А воды нет. Я и сам-то весь избегался, помогая Наби да проверяя наличие воды в домах. В общем, собрались у колодца, стоим, смотрим в него и не знаем, что дальше делать. Обсуждаем, ругаемся, варианты всякие предлагаем, вплоть до выкапывания трубы. Она кстати на глубине два метра закопана. А в это время подходит к нам мужик один, дядя Петя, его так Евгений назвал. Такой простой в телогрейке и сапогах. Поздоровался, посмотрел в колодец и спрашивает:
– А вода-то есть?
А я ему и говорю:
– Да вон, полколодца воды, видишь, откачиваем.
И показываю ему на работающий насос.
– А у нас на 2-ой Пролетарской нет воды.
Мы так все рты и разинули. Андрей хватает сотовый, звонит в Водоканал. И говорит:
– Насос на скважине полетел, полгорода без воды, – и смотрит на нас. А мы на него. – А мы тут трубы крутим, перекручиваем. Он согнулся и захохотал:
– Ха-ха-ха, прихлопывая руками по ляжкам. Ну тут и мы все закатились. Карим засмеялся тоненьким голоском:
– Хи-хи-хи, сидел на краю открытого колодца и болтал ногами. Наби как-то захрюкал:
– Хр-хр-хр.
И все-все мы не удержались от хохота. Только и слышно: «хи-хи-хи, ха-ха-ха, хры-хры-хры, хо-хо-хо». Поглядели на дядю Петю, который разинул рот, непонимающе хлопая на нас глазами, и закатились от хохота еще сильней. И так со смехом начало таять-то напряжение от тяжелого труда и беспокойства за грудных ребят Светланы, старушек Катерины и Груши. И все это озарялось сильными и яркими лучами закатного солнца. А через час пошла вода, это включили в городе резервную скважину.
