Именно так можно расценить поступок пленного американского лётчика, воевавшего во Вьетнаме, сбитого советской ракетой и попавшего в плен. Отец пленного – сын адмирала и сам, – адмирал, главнокомандующий Тихоокеанским флотом США в то время, а до этого – главнокомандующий Военно-морскими силами США в Европе, договорился с вьетнамским командованием об освобождении своего сына Джона. Казалось бы… Ан, нет. Пленный лётчик, находясь в плену и подвергаемый невыносимым пыткам, превратившими его впоследствии в инвалида, выдвинул встречное условие: "Или вместе со мной выходят все пленные, или я остаюсь в плену". Вьетнамцы не пошли на требования Джона… В нечеловеческих условиях прошло пять с половиной лет и Джон, был освобождён только после окончания войны. Его встречали как героя, а президент Ричард Никсон пригласил его в Белый Дом и удостоил высшей награды. Вот такая история из жизни Джона Маккейна – будущего многолетнего сенатора, кандидата в президенты США 2008 года. Жизнь этого человека достойна восхищения!
Что в этом мире важнее: рукотворные творения или природные образования; человеческое величие или примеры грандиозного апофеоза мысли и мастерства, – всё то, что завораживает нас целиком от восхищения и наполняет нас гордостью, хотя бы только одним фактом нашей сопричастности со всем этим? Ответ очевиден: значительно всё перечисленное без исключения, благодаря чему существование в этом цивилизованном мире отличается от существования в другом измерении – измерении будничности, скуки и пустоты. Торжество цивилизации расположено в сфере разумного сочетания всего того, что создано однажды и навек.
А напоследок я скажу… Всё, описанное здесь, инспирировано… моим эгоизмом. Захотелось в какой уже раз восхититься тем, с чем довелось познакомиться, увидеть, прочувствовать, оценить, осмыслить. При этом, получая радость – искреннюю радость. Чего и вам желаю.
Первая моя
Стереотип словосочетания "первая моя" сразу в мыслях соотносится с первой девушкой. Однако это не является определяющим. Так я назвал мой первый автомобиль, а следуя правильному соответствию употребления существительного в женском роде, в данном случае – первую машину.
Итак, – первая машина. И не то чтобы это была любовь с первого взгляда, отнюдь…
В самом начале нашей жизни в Америке нам её практически подарили, запросив символическую плату в сто долларов. Выбора тогда не было, и я принял её с благодарностью. Супружеская пара, владевшая машиной марки Mercury Zephyr 1980-ого года выпуска светло-коричневого цвета, отдала нам её за ненадобностью. В течение трёх лет до этого машина простояла на улице практически без движения, перепарковываясь иногда в соответствии с расписанием чистки улиц. На ней даже “висел” недавний штрафной талон за несвоевременное нахождение в запрещённом месте в размере двадцати долларов, который я отсудил в суде городской мэрии. В местах примыкания стёкол к корпусу обильно образовался и пророс зелёный мох. Состояние корпуса оставляло желать лучшего: с правой стороны, на двери с пассажирской стороны была вмятина. О её причине мне поведала предыдущая хозяйка. Когда-то, не в состоянии избежать столкновения с другой машиной и испугавшись аварии, она бросила руль, закрыла самое дорогое для неё – лицо обеими руками, и от волнения вместо педали тормоза давила на педаль газа. При столкновении встречная машина была разбита в щепки, а на её, теперь уже моей, машине образовалась только вмятина. Случилось это из-за того, что корпус "первой моей" был из настоящей прочной стали с такими же, но ещё более прочными бамперами.
Получил права на вождениe, но машина ездить не хотела и простояла в гараже ещё почти год. Обнаружились поломки, скрытые до поры до времени. Постепенно справились и с ними.
Стали осваивать живописные места, которыми изобилует Северная Калифорния. Поездили много. Много повидали. И всё благодаря ей – "первой моей". Со временем я с ней как бы сросся, одушевляя её и относясь к ней, как к чему-то большему, чем к простой бездушной груде железа.
