Но я не кончилъ своего вопроса; старикъ въ эту минуту подошелъ къ намъ, а Лена выб?жала куда-то.
— Мы ?демъ, сказалъ онъ: — а вы тутъ похозяйничайте съ Леной. Къ закату солнца мы вернемся.
Черезъ н?которое время Лена возвратилась.
— Мы кончили вашу работу. Теперь пойдемте со мною. Покормимъ птицъ, а потомъ пройдемъ на лугъ пров?дать нашъ скотъ и побес?довать съ маленькимъ Іоганомъ.
— Это же кто такой?
— Это внучекъ Маргариты, славный мальчуганъ. Онъ нашъ пастухъ.
— Лена, началъ я нер?шительно: — вы выб?жали изъ комнаты, когда отецъ вашъ вошелъ. Мой вопросъ остался безъ отв?та.
— Къ чему вамъ знать это?
— А къ чему вамъ было знать, женатъ ли я, или н?тъ?
— Хорошо. Я удовлетворю ваше любопытство. Им?йте же терп?ніе.
Мы приблизились къ стаду. Маленькій, опрятный, круглолицый и б?лобрысый мальчикъ поб?жалъ на встр?чу Лен?, но увид?въ чужого, остановился. Лена, погладивъ его по стриженной голов?, успокоила на этотъ счетъ.
— Не конфузься, д?тка, это — нашъ!
Мы спустились по тропинк? къ болотистой узенькой р?ченк?. Лена отыскала раскидистую вербу у самаго берега, опустилась на траву и пригласила меня с?сть возл? себя.
— И такъ, вы тоже несчастливы! обратилась она ко мн?.
—
— Ахъ! ме спрашивайте. Я страдаю при одномъ воспоминаніи о немъ, отв?тила она, вздохнувъ и побл?дн?въ.
— Это грустная исторія, Лена?
— Вы хотите ее узнать? Заслужите прежде мою откровенность.
— Ч?мъ же? Я готовъ заслужить.
— Будьте откровенны со мною. Вы не любите своей жены?
— Я этого не сказалъ. Я сознаю только, что былъ бы гораздо счастлив?е, еслибъ меня, не женили такъ рано! отв?тилъ я уклончиво.
Зат?мъ, я разсказалъ грустную исторію моей жизни и сообщилъ мои планы на будущее. Она слушала меня съ сосредоточеннымъ вниманіемъ, изр?дка прерывая краткими зам?чаніями. Въ ея глазахъ теплилось такое глубокое сочувствіе и просв?чивала такая искренняя доброта, что ея некрасивое лицо преобразилось въ глазахъ моихъ во что-то привлекательное и неотразимое. В?роятно, почуявъ женскимъ инстинктомъ мое необыкновенное настроеніе, она покрасн?ла и посп?шно отодвинулась отъ меня.
— Какъ мн? жаль васъ, и какъ я сострадаю вашей б?дной жен?!
— Горю помочь неч?мъ. Приходится терп?ть.
— И вы — мужчина? произнесла она пронически, сд?лавъ презрительную гримасу: — я женщина, и не захот?ла терп?ть.
— Я вамъ разскажу всю нашу исторію, начала она посл? н?сколькихъ минутъ молчанія. — Мы в?дь не русскіе евреи.
— Но вы русскіе подданные?
— Теперь, да. Но наши предки, даже мой д?дъ и отецъ родились и жили въ Швейцаріи. И я тамъ родилась и воспитывалась. Мы переселились въ Россію всего н?сколько л?тъ.
— Что же васъ заставило оставить родину?
— Это грустная и длинная исторія. Мой д?дъ и отецъ должны были б?жать отъ какого-то очень опаснаго пресл?дованія. Мы наскоро продали нашу ферму, все имущество превратили въ капиталъ и усп?ли спастись б?гствомъ въ Россію.
— Значитъ, вы и въ Швейцаріи занимались сельскимъ хозяйствомъ?
— Наша ферма была основана съ незапамятныхъ временъ. Она переходила въ нашемъ род? отъ одного покол?нія къ другому. Въ нашемъ род? водились и богачи, и равины, и ученые, но вс? они не только не гнушались землед?ліемъ, но еще гордились имъ.
— Какъ же вы попали въ число колонистовъ, если у васъ были собственныя средства?
