Герой новой книги Валерия Генкина, язвительный старик, живущий с женой, собакой и курами в заброшенной деревне, заполняет досуг записями в толстой тетради. Что в них, в этих записях? Эпизоды из жизни, извлекаемые из памяти картины прошлого, где реальность так перемешана с вымыслом, что сам автор вряд ли их различает. Едкие суждения об исторических событиях и персонажах и размышления о религии чередуются с рецептами капорского чая, старыми письмами и наблюдениями о языке — то великой поэзии, то убогой рекламы. Повествование окрашено тонкой иронией и при всей мозаичной пестроте продумано так, что читать книгу можно с любой страницы, а ее последняя фраза позволяет легко перейти к началу.
Хорошо бродить по свету
С карамелькой за щекою,
А еще одну для друга
Взять в кармашек про запас.
то ли помутилось — состояние между новым корытом и новой же избой. На топчане, застланном тряпицей, помидоры густо-малинового цвета, спичечный коробок с крупной солью, ломти черного и коряво открытая банка бычков (в Одессе — бычки в банке, тьфу). Под топчаном пустая водочная бутылка. Два пожилых мужика греют дряблые тела и, можно сказать, разговаривают:
Это — один, с набрякшими подглазными мешочками. Второй в ответ:
И далее, по очереди, со светлой горечью утраты:
Проникнувшись ощущением общности, я решил вмешаться. Пробормотал не слишком тихо:
И услышал от того, с мешочками:
А так?
Получите:
Свои люди. Право начинать перешло к ним, я напрягся.
Первый:
Я:
Второй:
Пробил мой звездный час. Про «Крокодилу» я знал все. Полного текста «Крокодилы» не существует, она бесконечна:
Ну и так далее.
