Вот наглядный пример глубокого почтения, которое испытывают ко мне мои работники.
После обеда позвонил мужчина из Эдинбурга, чей отец недавно умер. От него осталось 30 000 книг, в основном классические языки. Я договорился, что приеду посмотреть их в пятницу.
Выехал из магазина в два часа (оставив Фло на хозяйстве) смотреть книги в доме неподалеку от Нью-Эбби. Этот дом принадлежит людям, к которым я ездил на самую первую в моей жизни книжную сделку с Джоном Картером, у которого я купил магазин. Джон ездил вместе со мной на первые мои несколько сделок, чтобы я не наделал чудовищных ошибок. Тогда семья, которая продавала книги, продавала и свой дом-замок, Киркконнелл-Хаус, и у них была очень хорошая коллекция книг. В этот раз, к сожалению, умерла старая хозяйка, и ее дочь теперь избавляется от вещей в доме, в который семья переехала после продажи замка. Большинство книг оказалось макулатурой: книги издательства Reader’s Digest, десятки книг о том, как составлять композиции из цветов и тому подобное. По пути туда я заехал на фабрику по производству джема Galloway Lodge Preserves. Ненужные им коробки от яблок идеально подходят для того, чтобы складывать в них книги. Руарид, хозяин фабрики, – младший брат моего друга детства Кристиана и самый непочтительный из всех моих друзей-грубиянов.
Вернулся домой, как раз успел попрощаться с Фло, а потом поужинал с группой читателей. Лег спать полвторого.
23 покупателя
Первый покупатель дня.
Просто поразительно, насколько часто покупатели – по причинам, известным лишь им одним, – и в самом деле думают, что мы не хотим продавать книги, которые они ищут. Помню, как вскоре после того, как я купил магазин, Джон Картер рассказывал мне о своем знакомом, тоже книготорговце, который жаловался, что не понимает, как это у него в магазине фондов на 100 000 фунтов, а он ничего не зарабатывает. Джон, со свойственным ему здравым смыслом, ответил: «Тебе нужны не книги на сто тысяч, тебе нужны просто сто тысяч».
В три часа зашла семья из пяти человек. Дети начали хватать книги в антикварном отделе, а родители спокойно смотрели на это, пока отец не заметил объявление с просьбой относиться к книгам бережно, прочел его вслух и наконец-то заставил их прекратить. Просто удивительно, что он не догадался сделать это еще до того, как прочел объявление. Может, изнутри на очках у него выгравировано: «Не забывайте дышать».
На ужин Эмили приготовила вегетарианское карри. Начинаю хотеть мясного.
6 покупателей
Сегодня утром в электронной почте – письмо от покупателя из Ирландии, который интересуется старой книгой о железных дорогах Ирландии, опубликованной в 1836 году. Книга есть у нас в магазине. Он спросил меня, по какой цене я готов ее продать. В магазине книга оценена в 900 фунтов стерлингов. Я сказал, что могу уступить ее за 775 фунтов. Он ответил, что подумает.
По пути наверх за чаем имел несчастье пройти мимо пожилого покупателя с избыточным весом, в серых полиэстеровых брюках, когда он наклонился за книгой на нижней полке. Это первый случай, когда я видел на брюках шов в виде перевернутой буквы Y, как на плавках. И очень надеюсь, что последний.
Мужчина крупных габаритов, с конским хвостом и на костылях, провел в магазине полчаса, с грохотом передвигаясь между полками и сшибая вещи на пол. При этом он каждый раз смотрел на меня и говорил: «Ну, я тут ни при чем».
Сара Мейтленд, автор «Книги тишины» (A Book of Silence) и многих других отличных книг, пришла сегодня выступить перед группой читателей. Пообщавшись с ней, выяснил, что моя сестра когда-то встречалась с ее племянником. Когда она выходила покурить, то заметила на прилавке цитату из Эйнштейна – «Две вещи бесконечны: Вселенная и человеческая глупость; впрочем, насчет Вселенной я не уверен» – и спросила: «Он правда такое сказал? На него это не похоже».
