Несколько лет назад, 26 марта 2010 года, после того, как мы уже прожили вместе несколько лет, Анна возвращалась из Бостона, где гостила у своих родителей, и ее задержал и начал расспрашивать придирчивый пограничник. Я ждал в зале прилетов целых три часа и никак не мог понять, в чем дело: ее самолет приземлился, но она все не выходила. В конце концов ко мне подошел человек и объяснил, что Анну задержали и могут отправить обратно следующим рейсом. Когда она наконец вышла, то вид у нее был ужасно расстроенный. Ее расспрашивали несколько часов, и сотрудник миграционной службы даже заглянул в ее личный дневник и отметил в нем упоминания о том, что она иногда помогала мне работать в магазине. По условиям ее визы (туристической) ей не разрешалось работать вообще.
Она стала просить этого человека дать ей пару дней, чтобы вернуться в Уигтаун и забрать свои вещи перед тем, как ее депортируют. В конце концов они согласились, обязав нас вернуться в аэропорт к полудню понедельника следующей недели.
Впереди было несколько сложных дней, и мы провели их на нервах. Однако это были пустяки по сравнению с тем, что нас ожидало дальше. Утром в понедельник я отвез Анну обратно в аэропорт Глазго, и мы сообщили о нашем прибытии в миграционную службу. Все это был фарс: они не знали, что им делать, и даже не забронировали для нее билет. В какой-то момент служащий сказал, что они нашли место на рейсе компании Iceland Air в Бостон через Рейкьявик, однако Анне придется самой его оплатить. Я помню, как испытал чувство гордости за нее, когда она сказала им, что если они намерены выслать ее из страны, то обязаны «оплатить на фиг» ей дорогу. В итоге они согласились оплатить перелет до Рейкьявика, однако объявили, что дальше, в Бостон, ей придется лететь за свой счет. Даже когда она объяснила им, что в Исландии она останется без крова и у нее не хватит денег, чтобы добраться до Америки, их это не тронуло. И только когда мы пригрозили, что сейчас сядем в машину и уедем обратно в Уигтаун, чиновники наконец-то согласились оплатить перелет полностью. То, как пограничный контроль повел себя в этой ситуации, – просто позор от начала и до конца: верх несостоятельности, бесчувственности и некомпетентности. Никогда не забуду выражение лица Анны, когда ее уводили: глубокая печаль с оттенком несокрушимого оптимизма.
Следующие несколько месяцев были ужасными, особенно для Анны, которая очень хотела вернуться в Шотландию, ко всему, что она любит, однако не могла сделать этого из-за мелочности бюрократов. Со своей стороны я делал все что мог: встречался с депутатами английского и шотландского парламента, пытался поговорить с людьми из пограничного контроля, но ничего не помогало. В службу пограничного контроля пробиться невозможно, и даже члены парламента не могут повлиять на их решения. Одна из причин, по которой я голосовал за независимость Шотландии на референдуме, – то, как поступили с Анной. Сельской Шотландии нужны такие люди: умные, трудолюбивые, искренне любящие эту землю. Однако ее силой выслали отсюда из-за правил, которые были придуманы для Юго-Восточной Англии.
После того как несколько попыток вернуться в Шотландию не увенчались успехом, огромные деньги были выброшены на юриста, который пообещал сделать ей «ускоренную визу» за несколько месяцев, но так ничего и не сделал, и в довершение ко всему ей пришлось несколько недель ночевать в машине, для нас оставалось только одно решение, к которому мы оба не хотели прибегать, – виза невесты. Мы заполнили все необходимые бумаги, и Анна, счастливая, вернулась в Шотландию. У нас было шесть месяцев, чтобы или найти другое решение, или пожениться (не самое худшее в жизни, однако я до смерти этого боялся). Через несколько месяцев мне пришлось подавить все мои страхи, и мы поженились в типичном скучном загсе в Касл-Дугласе. Кэрол Энн была свидетельницей. Это событие – более, чем какие-либо другие – послужило причиной всех проблем, с которыми мы столкнулись дальше в своих отношениях.
13 покупателей
Каким-то чудом сегодня утром я нашел все заказы. Все сделаны через Amazon. Общая сумма заказов составила 40 фунтов стерлингов.
