В Орландо наша группа из трёх пар домчалась в кои-то веки не к ночи – засветло. Выехали из мотеля на окраине Саванны, где вечером уговорили по миске лучших, как потом выяснилось, в нашей жизни морепродуктов. Запечённый хвост лобстера с топлёным маслом и красным перцем особенно хорош, хотя когда-то считался едой бедняков – этими самыми лобстерами рабов кормили, бродяг, собак и даже скоту их скармливали – хотя явно без масла и перца. А теперь, да под хорошую выпивку, с которой еда вообще вкуснее, застольная компания сплочённей, анекдоты веселее, байки легче травятся, да и настроение она повышает, если употребляется правильного качества и в правильных дозах… А у нас с собой было. Мы же не Грета Тунберг с вечно перекошенным от хронического недовольства этим миром лицом. Мы не зря в МИСиСе учились!
Так что добрались до Орландо в целости и сохранности, благо с собой был запас дисков, так что под «Зонтик-парасольку» Алики Смеховой, «дочки Атоса», в пределы этого города и вкатили. Символично в итоге вышло, насчёт зонтика, да кто ж тогда об этом знал… Пару раз промахнулись мимо заказанного заранее мотеля, потом дошло, что здоровенная розовая стена трёхэтажного здания с вывеской ресторана «Чёрный Ангус» в половину этой самой стены как-то по подозрительно правильному адресу расположена. Подъехали – и впрямь оно. Только название мотеля размером с лист А4, у самой двери – с дороги хрен заметишь. А так всё верно. Кто б знал, что так бывает… Не ресторан при мотеле, а мотель при ресторане! Век живи, век учись, всё равно дураком помрёшь.
Ладно, проехали. Нашли и нашли. Заселились, заказали столик на вечер, оставили жён отдыхать и приводить себя в порядок с дороги и втроём, в чисто мужской компании, рванули в соседний торговый центр, прикупить воды, колы для жены и орешков с чипсами. Можно, конечно, и из мини-бара было разжиться, но за такую цену… Опять же, вода уходила, как показал опыт, на трассе, со страшной силой, особенно у автора – никуда не денешься, диабет, постоянно горло сушит. Так что нужна была в нормальном объёме, а не те полглотка за бешеные деньги, которые предоставляет мотельный мини-бар. Так что смотались по-быстрому в большой торговый ангар, который видели по дороге, и неожиданно для самих себя выступили в роли спасителей и добрых самаритян.
На стоянке у магазина остановились рядом с минивэном, набитым большой семьёй, в составе которой были дети. Минивэн у них только что накрылся. Мобильного телефона, работающего в Америке, с собой не было. А те, что были, на местную систему связи рассчитаны не были. Что самое для них было радостное, на английском никто из них не говорил – от слова «вообще». Зато все говорили на иврите, поскольку были из Израиля – тоже туристы. А у нас один из троих мужиков, сидевших в машине, в Израиле к тому времени прожил полтора десятка лет, так что вопросов с тем, чтобы сообразить, что у соседей по стоянке происходит, у него не возникло. Ну, а поскольку у автора с собой был местный мобильный и знание английского в приемлемом объёме присутствовало, все их проблемы мы решили на раз.
Выглядело это так: друг с ними курлыкал на иврите, переводил автору на русский, автор со страховой компанией и дорожной службой объяснялся по-английски, и всё закрутилось в момент. Машину им на замену подогнали, заглохший минивэн забрали, и все были счастливы. Надо же людям помогать! Дорога есть дорога. Сегодня ты помог, завтра тебе… В принципе, нормально. Если не считать того, что с их нулевым английским и без телефона… Ну, положим, американцы бы им, конечно, помочь постарались. Но даже в Америке мало кто и из местных-то евреев на иврите говорит, а напороться на израильтянина у них вероятность была до крайности мала. Выручили бедолаг и правильно сделали. Закупились, вернулись, объяснили жёнам, почему так долго ездили, поужинали их в хвалёном «Чёрном Ангусе» (мясо как мясо – без особого восторга пошло) и спатиньки.
На следующее утро, позавтракав, мы таки доехали до «Мира Диснея», направив стопы первым делом в знаменитый «Эпкот». Ну очень уж хотелось. Всё-таки реклама – двигатель торговли. Приехали рано, огромный паркинг пуст, настроение, как у детей перед каникулами… Рванули к кассам, даже не сообразив записать, в каком ряду поставили машины: буквы, цифры – все дела. Не привыкли ещё тогда к большим парковкам. То есть не совсем дикарями были, но лопухами ещё теми, чего даже не понимали. Опыт, согласно поэту, сын ошибок трудных, а не расп-здяйства и невнимания к деталям. Но тут ничего не поделаешь. По меркам Америки были мы тогда провинциальной деревенщиной и в самых элементарных вопросах плавали, как полные лохи. Хотя исправить это было несложно.
