– Ты знаешь, я думаю, Ельцин не виноват, что войска ввели в Чечню. Ведь когда принимали решение о вводе войск, Ельцин болел. И за те сутки Россия так и не увидела своего премьера, который лишь во вторник, выступая на конференции о положении женщин, коснулся Чечни. Россия так и не узнала, чем занят пресс-секретарь премьера. Спохватился пресс-секретарь президента Вячеслав Костиков. Этот, по-моему, дурак, об отставке которого уже вроде объявлено. Так что он, казалось бы, и не должен был беспокоиться. Спохватились несколько человек из аппарата президента. Помнишь, благодаря проведенной этими прислужниками вечером двенадцатого декабря серии брифингов и телеинтервью, общественность получила ответы на несколько очень важных вопросов. Первое и главное: мы узнали, что страной все-таки управляет не Александр Коржаков, не Павел Грачев или кто-нибудь еще – страной управляет президент Ельцин. За исключением двух часов – времени операции – он был и остается работоспособным, встречается с премьером, подписывает важные документы. Не показывается на экране, потому что операция не на руке или ноге – на лице; по сути дела, была операция, и показаться, не подлечившись, любому неохота. Мы узнали, что пока не известен исход переговоров, задачей войск является не штурм Грозного, а блокирование его с целью недопущения подхода «добровольцев» из некоторых сопредельных республик Северного Кавказа: из Абхазии и даже, говорят, из Саудовской Аравии готовы прибыть энтузиасты…
– Ладно, дед, разбирайся ты со своей Чечней и Ельциным сам.
– А ты, часом, не один из таких энтузиастов? – Матейко внимательно посмотрел Мне в глаза. – Куда ты ездил? Не в Чечню? От тебя постоянно пахнет порохом.
У деда хороший нюх. Действительно, после тира моя одежда пропитана пороховой гарью. Я ничего не ответил, вышел из квартиры, остановил такси и примчался на квартиру к Лене.
Несколько секунд она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, словно никак не могла поверить в мое возвращение, а затем громко воскликнула:
– Боже! Мой наемник вернулся! И повисла у меня на шее.
Я выронил «дипломат» и крепко прижал женщину к себе.
– Я так ждала тебя! – шептала Лена. – Как я рада, что ты вернулся!
Я осторожно внес ее в комнату, поставил на пол, затем вернулся в прихожую и поднял с пола «дипломат».
– Гершенович на работе?
– Да!.. Слушай, – суетилась Лена, – неужели это ты, а? Почему не звонил мне?
– Я звонил тебе…
– Не оправдывайся, ты звонил только один раз. А говорил, позвонишь обязательно…
– Но разве я сделал хуже, чем обещал? Я здесь!
– Не оправдывайся. Ты не представляешь, как я рада! – улыбка не сходила с ее лица. Но за этой улыбкой да, и в ее словах скрывалась растерянность и тревога. Я незаметно для Лены пытался найти следы присутствия в ее комнате другого мужчины.
Я подошел к ней и снова прижал ее к себе. Я гладил ее тело, целовал ее губы, лоб, шею, глаза…
– Ты там случайно ничем не заразился? – весело шептала Лена. – А ну, признавайся!
Но я не отвечал и неустанно целовал ее.
– Кажется, на мне слишком много одежды, хотя и такое ощущение, что на мне ничего нет.
Лена гладила мою спину, волосы, потом резко, но не сильно оттолкнула меня от себя.
– Подожди! Твое появление необходимо запечатлеть.
Лена бросилась к тумбочке, на которой стоял телевизор, достала оттуда «Поляроид».
– Откуда это у тебя?
Она замялась, потом сказала:
– Папа подарил… Ну-ка…
– Нет, не надо! – я запротестовал. – Слушай, что ты собираешься делать?
– Я собираюсь тебя фотографировать! Отступая, я споткнулся о кровать и спиной упал в постель.
– Прекрасно! – засмеялась Лена. – Сейчас получится отличный кадр!
– Послушай, какую часть меня ты снимаешь? Перестань! Ты извращенка!
Несколько раз блеснула вспышка.
– Порядок, – сказала Лена. – А теперь у меня к тебе есть другое дело.
И она, словно пантера, прыгнула в постель.
То, что было потом, я запомню на всю жизнь. Лена словно преобразилась за последнюю неделю. Откуда только у нее появились эта страсть и это умение? Я ничего не понимал.
Мы проснулись рано. Я взглянул на часы. Была только четверть седьмого – почти три часа до начала работы, хотя добираться мне отсюда не более получаса.
Лена положила свою голову мне на грудь. Я погладил ее волосы.
– Знаешь, – сказал я, – мне никогда не было так хорошо, как сейчас.
– Ты имеешь ввиду, с другими женщинами? – Лена подняла голову и заглянула мне в глаза. – И сколько их у тебя было? Много?
– Да нет.
Я не хотел сейчас говорить о женщинах, хотя минуту назад как раз о них и думал. Перебирая их в памяти сравнивал – нет, так хорошо, как с Леной, кажется, действительно, еще не было. Разве что с Анастасией.
Я улыбнулся. «Если бы еще вспомнить, как хорошо и с кем мне было лет пять-десять тому назад!», – весело подумалось мне.
– Ты чего смеешься? – настороженно спросила Лена. – Что-то от меня скрываешь? А ну-ка, говори сейчас же!
– Ничего я не скрываю. Просто подумал, как хорошо, что на Новый год не прогнал тебя! А ведь было такое желание…
Лена дотянулась своими губами до моих губ, и некоторое время мы так лежали, не отрываясь друг от друга.
