Этот важный документ впервые сформулировал программную линию в развитии морской биологии, указав при этом задачи академических институтов. Последнее было особенно важно для нас: «академическая» линия в деятельности института встречала зачастую не только скептическое, но и отрицательное отношение. Теперь в новых документах утверждалось то, что мы доказывали на протяжении ряда лет,— требование глубокого изучения жизни в морях, изучения закономерностей, определяющих количественное развитие и распределение организмов и их сообществ и притом на очень больших пространствах. По сути дела, родилось новое направление в науке: в такой форме даже 10 лет назад эти вопросы перед нами не стояли. Постановление Президиума АН СССР адресовалось, в частности, и к Украинской Академии наук. Естественно, там должны были вынести по этому поводу соответствующие решения, проекты которых мы и представили в Киеве.
Но рассматривались они только через год, когда я уже был не у дел и находился в больнице. В апреле 1968 г. в Киеве проходили перевыборы директоров научных учреждений. По нашему представлению директором ИНБЮМ избрали Владимира Николаевича Грезе. Незадолго до этого, в январе 1968 г., в институте отметили мое 75-летие. Верховный Совет Украинской ССР присвоил мне звание Заслуженного деятеля науки, а несколько позже Всесоюзное гидробиологическое общество избрало меня своим Почетным членом.
Пробыв в Москве полгода, в больнице и в санатории (в Москву я приехал на пленум Совета по гидробиологии и ихтиологии), я вернулся в Севастополь и передал свои обязанности заведующего отделом ихтиологии Татьяне Владимировне Дехник. Затем оформил пенсию и перешел на неопределенную должность консультанта в институте с надеждой, что мне еще удастся что-нибудь сделать для завершения некоторых работ. Конечно, все зависело от здоровья, которое не очень быстро восстанавливалось.
Выздоровление не наступило. Владимир Алексеевич Водяницкий скончался от инфаркта миокарда 30 ноября 1971 г. в Севастополе. Находясь в больнице, он с интересом слушал от близких людей вести о проведении торжественной юбилейной сессии в Институте биологии Южных морей, посвященной столетию со дня основания Севастопольской биологической станции.
Десятилетия труда и забот он посвятил станции и институту, который он создал на базе станции. Он вырастил большой научный коллектив. С каждым годом исследователи все выше оценивают научное наследство, которое он оставил. Он был не только гидробиологом, но и океанографом. На примере работ Владимира Алексеевича видна самая суть океанографии как комплексной географической науки, использующей все самые новые методы смежных специализированных наук.
В. А. Водяницкий начал большой цикл исследований Черного моря с того, что на основании наблюдений над икринками и личинками черноморских рыб опроверг ошибочное мнение о Черном море, как о бедном фауной в открытой его части, вдали от берегов. Предшественники утверждали, что в «Черном море нет достаточного количества питательных веществ для таких рыб, как шпрот, пеламида». Всюду писалось, что эти рыбы встречаются лишь как «пришельцы». В действительности В. А. Водяницкий обнаружил вдали от берегов изобилие икринок и личинок этих рыб. Ему пришлось тщательно проверить работы по биогенным веществам в Черном море, и в результате выяснилось, что авторы этих работ давали неверное истолкование собственным фактическим материалам. Но, исправив погрешности в гидрохимических работах, Владимир Алексеевич был обязан сделать новый смелый шаг: допустить, что существует достаточно сильно выраженный взаимообмен между глубинными водами, которые богаты биогенными веществами, и поверхностными водами Черного моря. Как же может осуществляться подобный водообмен при наличии резко выраженной плотностной стратификации Черного моря? Для ответа на этот вопрос В. А. Водяницкий в помощь гидробиологии и гидрохимии привлек физическую океанографию. На основании экспедиционных исследований различных авторов он показал, что в открытой части Черного моря, вдали от берегов, должны существовать восходящие токи вод и именно они увлекают вверх придонную воду. Справедливость этого утверждения в полной мере подтверждена уже после смерти Владимира Алексеевича: ведь лишь совсем недавно доказана преобладающая роль адвекционного переноса веществ в резко переслоенных морях, где не может развиться сильная турбулизация.
После работ В. А. Водяницкого возник рыбный промысел в таких частях Черного моря, в которые прежде не заглядывали практики.
