Принесли обед, как в самолете, разовая посуда, овощной супчик из полуфабрикатов, растительное масло, гречка с котлеткой, салатик из огурцов-помидоров, сметанка, чай!
Поел, ну думаю можно и поспать! Лежу, чувствую температура! Пошёл на медпост, вылетела сестра и закричала, что выходить из палаты запрещено, если что-то надо, то есть кнопка вызова. Спросил термометр, сказала – принесу!
Температура – 38.
– Дайте парацетамольчику! – взмолился я.
– Получишь укол!
Вколола.
Где-то через час начал потеть, сменил рубаху, кашель эпизодический не такой сильный как утром.
Ужин. Старички довольны, они схлопотали по 2 капельницы и слабительному, сидят и нахваливают ужин: вареная картошка с минтаем под маринадом, кефир, лимонные вафли, чай.
21.00 – в коридоре засвиристела шлифовальная машина!!!
Да чтоб вас… выскочил в коридор, в районе сестринского поста стоят два агрегата, похожие на пылесос и визжат.
– Что это?
– Это для сбора вирусов!
Прекрасно. Температура 36,9
Лежим судачим со старичками, температура упала, кашля нет, тетка продолжает орать, Собянин объявил 31 декабря выходным днем!!! Ура, товарищи!!
Полночь. Проснулся. Температура. Пошатываясь побрел к медицинскому посту. За первый день я уловил, что с нами работают две сёстры: Надежда и Лилия.
За компом сидел упакованный «снеговик». В белые костюмы были одеты только врачи и медсестры. Это была она.
– Надежда?
– Я не Надежда.
– Лилия?
– Я не Лилия.
Упс..
– Мисс Чуткость, Вы не подскажите, где Надежда?
– В сестринской
– А где сестринская?
– Прямо и налево по коридору.
Стук в дверь
– Надя?!
– Господи, Вы зачем сюда пришли? (Не думаю, что это она ко мне обратилась – скользнуло в мыслях)
– Горю, дайте парацетамолину!
– Надо же. Я только переоделась, ладно возвращайтесь в палату, я сейчас приду.
Слышу над ухом писк электронного термометра
– Нормально.
– Сколько?
– 38
– ?
– Выпейте 2 таблетки
– Спасибо.
Где-то минут через 40, я потек, стал потеть как церковная мышь!
Моя пижама, подушка, одеяло и простынь напомнили среду обитания, из которой я появился на Белый свет.
Переоделся в сухое и в остальном влажном и тёплом Морфей меня укачал, и только за стенкой было слышно, как храпит тетка.
– Кто тут у нас новенький? – в 6.30 бесполое существо маленького роста, упакованное в белый комбез без лица, включило свет и заглянуло в палату.
– А, Вы, с какой целью интересуетесь?
– Мне надо поставить катетер!
– Тогда я!
– Давайте Вашу веночку…
– А как зовут вашего доктора?
– Я не знаю, мы зовём его – просто «доктор»!
Действительно просто, подумал я! Не надо утруждать себя запоминанием такого имени, к примеру, как Цурлаб Разбекович? Кто это запомнит?
– А Вас, как зовут?
– Оксана, – представилась она.
– А зачем и что Вы вливаете мне из Толстого шприца?
– Это физраствор, мне надо понять в вене я или нет! Она не об Австрии…
– Если не в вене, то рука раздуется?
– Да, подтвердила Оксана.
– Хитро!
Через полчаса в палату зашли двое (он и она) в голубых костюмах, в поисках чего-то. Я постепенно начинаю догадываться, что цвет костюма играет не последнюю роль. Какая-то ниточка стала прослеживаться. У всех, кто в голубом костюме – узкие глаза, у тех, кто в белом – широкие. Надо подумать, как цвет костюма влияет на разрез глаз?!
– Вы что-то потеряли?
– Нет, мы проверяем порядок, чисто ли у вас, не жалуетесь ли? А то у нас позавчера был трудный день, много поступивших. Ребята работали до 5 утра, я дал им отдохнуть, поспать 1 часок, а кто-то из больных их сфотографировал их спящими и отправил на горячую линию ковид. Мы в сутки зарабатываем 3,5 тыс, и у нас 4-х оштрафовали по 5 тыс рублей! Это несправедливо!
Ну да, ну да....
– А что там за женщина все время кричит – «Катя, дай попить, пожалуйста!».
– Это бабушка.
– Ну бабушка, ей что нельзя дать попить?
– Мы дали, она лежит в обнимку с бутылкой, и все равно продолжает кричать!
– Эк людей штырит!
– Выздоравливайте! – и голубые тени покинули палату.
Зашла другая медсестра.
– Сейчас будем ставить капельницу, 1000мл тирафундина.
– Что это за хрень?
– Надо, всякие соли, витамины, – уточнил снеговик.
– А как Вас зовут?
– Лилия, – улыбнулась сестричка.
– Лилия, а как зовут нашего доктора?
– Не знаю, я его называю просто – доктор
Тенденция, однако…
– Вы лучше задерите рубаху, я сделаю укол в живот!
– У меня что бешенство? – перепугался я.
– Нет это для разжижения крови, – воткнул иглу снеговик.
Я конечно сразу успокоился!
Организм заглотил литровую капельницу с такой жадностью, что склеилась бутылка.
8.15 – проснулась бабушка
9.30 – завтрак
На завтрак принесли: цикорий со сливками и сахаром, творожную запеканку с абрикосовой подливой, булку-завитушку и малую пачку яблочного сока, два куска хлеба.
Не успел я отправить в роту кусок тёплой запеканки, густо сдобренной абрикосовой подливой, как в палату влетел еще один снеговик, это был он – «доктор».
В белом комбинезоне, респираторе и защитных очках на чёрной резинке (я такие обычно покупаю в строительном магазине).
– Мне нужно измерить сатурацию, давайте палец (93-94), другой -92
