Но до лета было еще далеко.
В последние дни уходящего года я успела посетить свою паркинсологиню, согласовать с ней свою дальнейшую лекарственную терапию, дату очередного посещения, и мы расстались на 3 месяца вполне довольные друг другом. Она – тем, что со мной не надо особенно возиться, а я – тем, что никаких особых изменений она не нашла и новых лекарств и уколов не добавила. А это значит, что до апреля я совершенно свободна!
Но радовалась я, как оказалось, рано. В этот же день дочь сообщила «радостную новость»: ей позвонили с работы и поставили перед фактом: или после новогодних праздников выходи на работу или увольняйся. Дело в том, что последние три года, после законного отпуска по уходу за ребенком до 3-х лет, она еще три года оформляла отпуск за свой счет. В принципе, по закону, она имеет права сидеть за свой счет до исполнения ребенку 14 лет.
Ну, до 14-ти – вряд ли кто сидит, а до семи, до школы – многие. Но, в связи с реорганизацией НИИ и приходом нового директора настали и другие времена.
Поэтому и без обсуждения стало ясно, что на работу выходить ей придется, а с внучкой сидеть мне – это тоже не обсуждается! Вот такой новогодний подарок неожиданно свалился нам на голову. И мы с мужем стали думать, каким образом осуществить это физически.
Но, чтобы дожить до лета, надо было пережить новогодние праздники, а их у меня получилось как минимум три: непосредственно сам Новый год, Рождество и День рождения внучки – 10 января. Так что мне было, чем заняться. Когда была жива мама, 1-го января мы всегда собирались у родителей, потому что это был мамин день рождения. И когда ее не стало, этот день для меня всегда немного грустный. Прошло уже девять лет, как мы встречаем Новый год без мамы, и мне ее очень не хватает! Вроде я уже совсем большая девочка – седьмой десяток разменяла, а все равно так хочется услышать:
– Девочка моя, отдохни! Ты, наверное, устала? (А «девочке» в ту пору оставался год до пенсии.)
Она часто так говорила в последнее время, когда лежала после инсульта, а я каждый день прибегала к ней после работы, вихрем проносилась по квартире, делая все самое необходимое, и уносилась домой, где у меня лежала свекровь 92-х лет от роду с переломом шейки бедра и психическим заболеванием. Учитывая, что дорога занимала больше часа в один конец, времени у меня было в обрез. Я ехала в метро и вздрагивала, когда произносили фразу: – станция «Парк культуры». Тут я начинала лихорадочно соображать:
– А куда я еду? Если к маме, то сиди спокойно – тебе до Таганки, на пересадку. А если домой, то выскакивай! Тебе же на Университет!
И так полтора года в таком режиме. Я уже сама себя плохо ощущала. Мне казалось, что еще немного – и я просто сойду с ума от напряжения, недосыпа, переживаний и безысходности моих попыток поднять на ноги моих больных. Но когда мама умерла, на моих руках и почти в присутствии «скорой» – она только что уехала с «обнадеживающей» фразой:
– Готовьтесь. Сколько сердце выдержит, – я сразу поняла, что готова еще 10 лет жить в таком режиме, лишь бы она осталась жива! Но…
Господи! Ну почему мы не уделяем внимания родителям, пока они живы! И только потом каемся и каемся в том, что у нас именно на них никогда не хватало времени. Всегда находились какие-то неотложные дела – что б они сгорели! – и поездка к родителям откладывалась «на потом».
