- Страна идет к гибели, - говорил Каменев, держась чрезвычайно просто и произнося слова спокойным, размеренным тоном. - Руководство страной находится в скверных руках. Ни меньшевики, ни эсеры не ведают, что творят. Ссылаются на большевиков, сами же сеют худший вид контрреволюции. Транспорт разрушен, доставка продовольствия к революционному Питеру почти прекратилась. Рабочие и гарнизон Петрограда находятся в полуголодном состоянии. На фронте развал. Главковерх открыто выступает против революции, поднимает мятеж...
Его ровная, чрезвычайно содержательная, спокойная речь приковала внимание зала.
Каменев перечислял:
- Немедленное омоложение армии, изгнание контрреволюционных генералов, сокращение числа едоков в армии наполовину, усиление внимания к транспорту, упорядочение грузооборота, ликвидация встречных потоков грузов, прекращение безобразий, когда с юга вместо хлеба к Питеру везут воду "Куваку". Организация рабочего контроля над распределением продовольствия. Установление контроля над производством со стороны рабочих. Передача власти полностью Советам рабочих и солдатских депутатов.
Речь Каменева, в частности его предложения, неоднократно прерывалась шумом, гиканьем и топаньем ног противников.
- Совершенно очевидно, - сказал в заключение Каменев, - что Временное правительство этого состава не сможет держать руль государственной власти. Власть необходимо передать в руки Советов.
Румкомкрест
Под Волчиском дивизии не застал. Пришлось вернуться в Проскуров, где у этапного коменданта выяснил, что 3-я дивизия вышла из состава 11-й армии и переброшена на румынский фронт в район Хотина.
От Жмеринки до Могилева-Подольского ехал в воинском эшелоне, идущем из Пензы на пополнение частей румынского фронта. В эшелоне преимущественно молодежь в возрасте девятнадцати-двадцати лет, призванная по революционному призыву. Старых солдат совсем нет. Эшелон сопровождают два прапорщика, не бывших еще на фронте и поэтому жадно меня расспрашивающих об условиях боевой жизни и о том, предполагаются ли теперь новые наступления.
Я был сдержан, не хотелось расстраивать молодых прапорщиков, что фронт куда хуже Пензы с ее запасными полками. Рассказал, что настроение на фронте спокойное. Возможно, будут еще наступления, как только наши войска соберутся с силами и оправятся после поражения под Тарнополем.
Прапорщики интересовались, часто ли на фронте применяются ядовитые газы. Сказал, что этот вид борьбы на фронте применяется редко; я, участник войны с самых ее первых дней, ни разу не подвергался газовой атаке.
В свою очередь я поинтересовался, как прошла революция в Пензе.
- У нас просто было. Услышали о революции, устроили митинг, арестовали губернатора, сместили командира запасного полка. Зато потом хуже. Все время митинги. Запасные не хотят идти на фронт, офицеры отлынивают. Вот и для этого маршевого батальона, с которым мы едем, предположено было командировать совсем других офицеров, но те сумели отвертеться, и вместо них пришлось ехать нам. Мы только в июле прибыли из Казанского училища и должны были по закону четыре месяца пробыть в батальоне, а нас махнули сразу.
На одной из остановок, не доезжая станций трех до Могилева, для батальона должен был быть приготовлен обед. Комендант станции, не получивший своевременно телеграммы о прибытии эшелона, обед не приготовил. Солдаты, хотя и молодые, устроили страшный скандал.
- Контрреволюционеры! - кричали они. - Арестовать коменданта!
И несколько из них, захватив винтовки, бросились на станцию искать коменданта. Тот благоразумно скрылся.
Часа три стояли, пока был приготовлен и съеден обед. Горнист долго играл сбор. Прошло по меньшей мере часа два, прежде чем солдаты собрались в вагоны.
На фронт ехало молодое пополнение, несущее с собой разложение. Характерно, что сопровождавшие эшелон прапорщики мало беспокоились недисциплинированностью своих солдат.
- На фронт ведь едем, куда торопиться!
Огромное селение Бессарабской губернии Орешаны занято частями 3-й дивизии.
Нашел Ларкина с повозкой и вещами в районе 11-го полка.
В соседней хате - Боров, ведущий формирование национальных частей украинской армии.
Не успел вымыться с дороги, как притащился Боров.
- Украинская рада окончательно постановила, что третья дивизия должна сделаться украинской, - сказал он.
- А куда нас, кацапов, денут?
- Вас переведут в другие полки.
- Давно ли в резерве?
- Две недели тут сидим, зачем, почему - неизвестно. До позиции сотня километров. Здесь не только наша дивизия отдыхает, но и весь семнадцатый корпус. "Солдатский вестник" передает: новый начальник штаба главковерха Духонин целую армию держит в резерве, чтобы составить из нее ударную группу для действий на немецком фронте.
Получил телеграмму из Ясс, что инициативная группа солдат-крестьян созывает на 28 сентября фронтовой съезд крестьянских депутатов. Повестка дня: доклад по текущему моменту, обсуждение аграрного вопроса, обсуждение вопроса о выборах в Учредительное собрание и организация фронтового органа.
