- Вот тебе и «О», котенька. Вот так может стать не по себе, когда внезапно осознаёшь. Так-то места там красивые, хоть и глушь. Стекольный завод, опять же, не хухры-мухры. Продукция по стране в момент уходила. И люди душевные, по рассказам маманьки, сам-то я не удосужился побывать. Мне и года не было, как вывезли в другое, не менее легендарное место. А она скучала, но так и не собрались. Мда, как-то меня выбило. Вот я тебе и говорю, не надо никогда корчить из себя невесть что. Ебеня гораздо ближе, чем ты привык думать. Они просто красной нитью проходят сквозь нашу жизнь. А вот твоя галактика как называлась?
- У тебя, на той Земле, её называли «Галактика Треугольника» или М33. А самоназвания я не знаю, сам понимаешь, не моя сфера интересов была.
- Да, далеко мля, на пределе видимости. Они самые и есть, если смотреть отсюда. Осталось только выяснить, какое отношение к нам имеет легендарная деревушка в Перу. Где водка в сорок пять градусов называется «писка», а закуску к ней подают под названием «куй».
- И вовсе не то, что ты думаешь, название «Nahui», переводится как «Глаз». И не может к нам иметь никакого отношения.
- Слабо у тебя пока с фантазией, котя, подобная связь может открыться так же внезапно. Как вот сейчас.
И точно.
К нам мягко подкатил вишнёвый «Майбах». Из-за руля выпорхнула стройная девушка, с повязкой на левом глазу. Черные волосы, светлый брючный костюм. Обошла капот, прислонилась спиной к пассажирской двери. Нашлёпка на глазу приподнялась, оттуда полыхнуло зелёным, закрылась. Спрашивает:
- Майкл, ю о кей?
Не, не японка, ноги чересчур длинные, кореянка, точно. Встаю, одновременно доставая кубик. Грань, обращённая к ней, загорается оранжевым.
- О кей, агасси, привет от Свига.
Далее она затарахтела на русском, как на родном.
- Привет Майкл, садись, поехали. Давай на «ты», зови меня Рин. Не ожидала встретить тебя так быстро, собиралась обосноваться тут, в отеле. Свиг зачем-то потребовал передать ему камень из самого глухого места, которое я смогу найти и ошиваться неподалёку. Встречать посланца для дальнейших контактов. Впервые встречаю такого же как я. А ты сейчас откуда?
- Сейчас со Слюганды, перед этим на Иланде был.
- А, Иланда, гадкое место. Слюганду не знаю, там красиво?
- Да как везде, здесь вот гораздо красивее. Так ты это место случайно выбрала? А то я думал, что Свиг пошутил.
- Случайно и тут вокруг горы, засечь магический всплеск почти невозможно. А в чём шутка?
- Да так, название места смешное. У тебя русский не родной?
- Нет, амулетный, есть подружка русская, общаемся, ставила мне произношение. А что заметно?
- Ничего не заметно, всё просто прекрасно, никакого акцента. Но, понимаешь, есть некоторые шутки, понятные только носителю языка. Ты сленг изучала?
- Сленга в амулете не было, а подружка не сильна в ругательствах. Она из благородных.
- Паанятно, но ничего, мы тебя научим плохому.
- А почему «мы», ты же один?
- Не обращай внимания, это своеобразная мания величия. Мы, Александр второй, император и самодержец…
Рин внимательно посмотрела на меня.
- На дорогу смотри. И потом я не один, со мной две шиноби, твои будущие подопечные. В нуль хране.
- О шиноби! Ниндзя? Твой карман берёт живых?
- Да, берёт со стазисом, а у тебя есть карман?
- Есть, всего на сто тонн без стазиса, живых не берёт. Амулеты можно прятать, только упаковав в нанопакетах. Зато мой карман, не внешний.
- Паанятно. А чего машина так тихо идёт, только шуршание шин слышно. Никакой работы двигателя не просматривается.
- Так это двойной гибрид. Электромоторы от аккумуляторов, а те заряжаются от генератора на магии.
- Генератор на магическом маховике?
- Не знаю. Сморщила она носик. Потом сам посмотришь. Машинка красненькая, ездит хорошо, шустрая, внутри удобная. А что там внутри, девочке знать не обязательно. Смотри, почти приехали.
Автомобиль нырнул в тоннель, сначала открытый с правой стороны, потом сплошной. Выехали прямо в город.
- Это городок Ишгль, в Тироле.
Маленький мальчик в ниндзя играл. Сначала на дедушку он нападал. Прятался после в тенях унитаза: Дед оказался майором спецназа.
Проехав где-то в середину городка и взяв влево, останавливаемся возле трёхэтажной виллы, под склоном поросшей лесом горы. Приличное строение, с открытыми террасами вокруг каждого этажа. Автоматически открылись ворота, заехали во двор. Выпали из точила, прошли внутрь, на второй этаж. Здание в принципе пустое, пахнущее краской и новьём. Из людей никого, только мы. Большая комната, в дальнем торце стол, шесть стульев и всё.
- Ну что, достаём? – спрашиваю.
- Давай.
Достаёт из воздуха жареные колбаски, нарезки, овощные салаты, я достаю «утку по-королевски», одну из трёх оставшихся, соусы, голландские огурцы, немецкий хлеб, «Плиску», монастырское вино.
Рин замирает, потом зависает над уткой, принюхивается, берёт ломтик и закрыв глаза, начинает смаковать. Отмирает в середине ломтя и говорит: