Следующие шесть дней прошли в беспросветной работе. Доставал, поили-кормили-амулетили. Было четырнадцать кошек с котятами, вытянули всех. Уже на третий день, примерно с тысячу котов начали прочёсывать окрестные леса и горы. Те, которые из рыбомутов, наплели кубарей и загрузили с приманкой в реку. Синтетической верёвкой я их обеспечил. Растущим организмам нужен фосфор, да и просто разнообразие в еде. Рыба появилась на столе, не много, но для кошек с котятами хватало и ещё оставалось любителям. По «разговорам» среди переселенцев, становилось ясно, что те, кто раньше занимались рыболовством, навострили лыжи в Виталию. Тлон де Секра разливался тут соловьём, какая шикарная у них там рыбалка и сколько разновидностей вкусных рыбов. Аллочка ему поддакивала. Так что тысячи полторы фелисов они себе сблатовали однозначно. Как по мне, так рыба что она есть, что нет её. Икра конечно хороша, особенно красная, крупная. Она хороша тем, что нет костей, питательная, жевать не надо, придавил языком она и похлопала. Мировой закусон со вкусом рыбы. Черная больше в экстремальных ситуациях хороша, для восстановления организма, котят откармливали именно чёрной икрой. Аве заяснила, что метаболизм фелисов отличается от такового у обычных кошек, так что икра слабого посола им полезна. Ну и конечно мне нравится голландская селёдка, тут двух мнений быть не может. Но есть определённое количество людей и фелисов, которые при виде рыбы в зомби превращаются. Они полностью в своём праве, что тут скажешь, ничего не скажешь. Ну любят они это дело. Кстати, голландским сыром пробовал угощать котов, съели, но им явно не понравилось. А вот солёные огурцы, не по многу, по два-три кружочка, но с удовольствием ели. Вот так странно всё устроено, всем нужно кушать, а между приёмами пищи и протекает процесс, именуемый жизнью. Фелисы, вошедшие в жизненный ритм, ели два раза в сутки: утром и вечером.
Партия, которая прочёсывала леса и горы вернулась. Все радостные и подтвердили: да, жить можно, кормовая база присутствует. Две особи, кот с кошкой ушли на ту сторону реки в леса, уже откололись от коллектива. Сказали, что совьют гнездо недалеко от реки и будут жить там. Им всё в лесу понравилось, контактировать с двуногими они не хотят. Реку они переплыли своим ходом. Интересное наблюдение: фелисы любят купаться, когда выходят из воды встряхиваются и шерсть через минуту сухая. Магичекое ядро есть, шерсть является частью организма. Они применяют магию неосознанно, хотят чтобы шерсть стала сухая и она моментально сохнет. При желании, они могли бы придать шерсти прочность стали, но им это пока было не нужно.
Дела по извлечению шли ни шатко ни валко. К концу пятого дня извлекли и реанимировали всех. Ну как всех, три старичка и одна старушка умерли у меня на руках. Не удалось спасти, не помогли ни амулеты, ни инъекции. Эльфийки рыдали в три ручья. Люди, гномы и кошачье общество отнеслось к смерти спокойно, с фатализмом. На расспросы, как у них принято хоронить, Ост рассказал, что по-разному. Рыбаки и те, кто живёт у моря, делают из коры лодочку и отправляют умершего по течению в океан. Лесные жители закапывают в почву, в песчаных местах, отведённых под кладбища. Копать приходится «руками», так как инструментами они не пользуются, поэтому не глубоко. Одно хорошо, что происходят подобные печальные события довольно редко.
Похоронили в лесу у подножия гор. В братской могиле. Поставил чёрный обелиск, Макс выжег на нём четыре портрета. От фелисов присутствовало два десятка – ближайшие родственники. Так у них принято.