Но это все будет впереди, а пока где-то на полпути к моему пункту назначения я начал беспокоиться: остановки короткие, названия на немецком языке, да еще написаны не прописными буквами, а в старом готическом стиле. То есть пока я читаю название, поезд уже идет дальше. Я забеспокоился всерьез, а, может, я уже проехал свою станцию? Так, надо спросить – язык до Киева доведет (как сейчас актуально!). Стоп, а как спросить-то, я ж по-немецки не говорю, да и английский, хоть и пятерка всегда была, но разговорным языком владею неважно. Да и причем тут английский – я же в Германии! Надо взять себя в руки! Взял, как мне показалось. Подхожу к миловидной немецкой дамочке в красивой, богатой одежде, спрашиваю, почему-то заикаясь (от волнения, наверное) на ломаном русском языке (смех, да и только).
– Скажитье, пожа-луйста, как мне дое-хать до станции Вульков? Елки-палки, что я говорю? – Женщина с улыбкой смотрит на меня:
– Не переживайте, – слышу чистый русский язык – вот это да, немцы так хорошо говорят! – Я русская, мы здесь служим, в командировке, я вам подскажу, где выйти, там пересядете на другой поезд. Ходят эти поезда через полчаса, через пять остановок доедете до своей станции, на шестой сойдете.
Эта милая женщина подробно все объяснила. Картина походила примерно, как в анекдоте, где диктор на железнодорожной станции объявляет номер платформы, на которую прибывает поезд. Специально для военных называют номер рельсы от здания станции. Я покраснел как рак, поблагодарил, успокоился и доехал уже без проблем.
Прибыл, вышел на своей остановке, огляделся. В лес уходила дорога, вымощенная булыжником. Позже я узнал, что ее делали русские военнопленные. Пройдя где-то с полтора километра, я подошел к КПП-1(контрольно-пропускной пункт). Там мне показали куда идти, и я пошел по военному городку. Двухэтажные аккуратные домики с печными трубами смотрелись очень красиво. Кругом тротуары, газоны, асфальт. Засмотревшись, я не заметил, как ко мне издалека бежит огромный мужик в офицерской плащ-накидке, размахивает руками и что-то кричит. Со стороны могло показаться, что кто-то за кем-то гонится и вот-вот настигнет, не хватало только бейсбольной биты в руках у бегущего. Подбежав ко мне, он сгреб меня в радостных объятиях и стал быстро-быстро что-то говорить с татарским акцентом. Это оказался начальник цеха ремонта боеприпасов капитан Миннеханов, который ждал и никак не мог дождаться своей замены. Но, вот ему позвонили в штаб – а он в этот день был дежурным по части – что по замене прибыл начальник цеха, наконец, поверил, что замена будет!
Этот военный городок до сих пор часто снится мне: уютный, красивый со своей историей и своими добрыми традициями. Сейчас нет больше Западной группы войск, которая была самой мощной группировкой Советских и Российских Вооруженных Сил. Мы никогда никого не устрашали, но ведь никого и не боялись. Западная группа честно выполняла свой долг, свою историческую миссию, обеспечивала мир и стабильность в Европе. Одних только военнослужащих было более полумиллиона. Кроме того прекрасная инфраструктура: военные аэродромы, полигоны, войсковые части, склады боеприпасов, дороги, огромное количество военной техники. Да что об этом говорить, когда пришлось в девяностые годы спешно уходить оттуда, и за какие-то четыре года вывели все, что было.
Мне пришлось участвовать в выводе войск. Но это было гораздо позже, в 1990-1991 годах. А пока служба на новом месте только начиналась.
В рамках советско-германской дружбы
Так народы наши говорят.
Клич звенит от Одера до Волги:
«Дай мне руку, друг мой, камерад!»
Дружба—фройндшафт!
Единство помыслов и чувств
И нерушимость братских уз.
Навеки дружба—фройндшафт,
Дружба—фройндшафт!
Всегда мы вместе, всегда мы вместе,
ГДР и Советский Союз!
Эту незатейливую песенку с легко запоминающимся мотивом в те не очень далекие времена восьмидесятых годов замечательно исполнял вокально-инструментальный ансамбль «Самоцветы», и ему подпевала вся страна. У нас были прекрасные отношения со странами Варшавского Договора, и, конечно, с ГДР, где стоял большой контингент советских войск. Почти повсеместно создавались модные и обязательные для всех общества советско-германской дружбы.
