Всё же притянул её к себе. Нашёл губы. Но она видимо решила посопротивляться, оттолкнула меня, больно укусив губу:
— Что вы себе позволяете, Ромаио Ясен Пень!
— Что хочу — то и позволяю! — Я перехватил её руки и завёл ей за спину. Снова притянул.
— А ну отпусти меня! Отпусти, придурок!
По мере того, как вторая моя рука всё выше и выше задирала её юбки (а там много юбок, надолго занятие), её голос всё более переходил в фальцет. А громкость повышалась:
— Прекрати! Немедленно прекрати! — Попытка ударить ножкой, но в таком платье… Хм… В общем, угрозу я купировал.
Затем сдёрнул сеньориту со стола, развернул и уткнул грудью в столешницу, всё ещё фиксируя запястья за спиной (не очень-то она и вырывалась если честно, как в анекдоте про курицу которую догоняет петух).
— Ах ты маленькая шлюшка! Ну ничего, папочка тебя сейчас накажет! Будешь знать, как поднимать ножку на папочку!.. Как нашлёпаю тебя по твоей замечательной попке! Утю какая, так бы и щупал.
— Урод!
— А тут что у нас? О, какая шикарная грудь! — Нет, повременю с изобретением бюстгальтера — корсет держит форму груди куда лучше и интереснее.
— Ты, дебил! Ты пожалеешь об этом! Быстро отпустил меня!
Последняя фраза прозвучала достаточно громко и сопровождалась попыткой пинка ногой. От ноги-то я ушёл, но вот от голоса дверь распахнулась и в кабинет ввалилось двое гвардейцев с алебардами наперевес. Те, что у входа сторожили. А сзади внутрь заглядывало несколько встревоженных лиц местных иерархов.
М-да, гориллы его величества завалились, а я тут, зафиксировав наследницу престола, задираю ей сзади юбки. И она вроде как сопротивляется.
Чёрта с два! Наоборот, перехватил её талию, как бы собираясь сеньориту от них защищать. Вот меч, зараза, с левого бока, и Катюшу я к левому прижал… Но вид сделал грозный.
— Э-э-э-э… — потянул один из гвардейцев, не понимая, как реагировать.
Сеньорита же недоумённо хмурилась, и, наконец, до неё дошло. Взбрыкнула — и я её мгновенно отпустил. Пыхнула, топнула ножкой и посмотрела на них ТАКИМ взглядом… Таким молниям из глаз позавидует сам Юпитер!
— Вы что здесь забыли? — прогремел её ледяной голос. — Я вас звала?!!
— А-а-а… — «завис» и второй гвардеец.
— ВОН ОТСЮДА! БЕГОМ!!! — Я чуть не оглох от децибел. Сказано, семья правителей, с детства командный голос отпрыскам ставят. При этом она старательно расправляла задравшуюся материю платья, и считывалась ситуация совсем не двусмысленно.
— Да, с-сеньорита! — попятился первый боец.
— Так т-точно, в-ваша св-ветлость! — последовал второй, ощетинившись алебардой.
— Вон! — повторила валькирия перед тем, как дверь закрылась, снова топнув. Обернулась ко мне. — А ты чего смотришь?
Я улыбался. Наверное слишком «громко» улыбался.
— Чего ржёшь! Не конь!
— Ты такая… Грозная! Обожаю грозных девушек! — подался я к ней и снова обнял. Обмякла, расслабилась.
— Позорище! — пожаловалась она.
— Не, нормально. Пусть завидуют. — Чмокнул её в лобик.
Она фыркнула. Конечно, завидовать будут мне. А у неё — потеря репутации.
— Судьба любит безбашенных, — подлил я масла в огонь. — Все видят, что ты живая, энергичная. А это авторитет — за тобой легче пойдут.
Снова фыркнула, отстранилась. Запрыгнула назад на столешницу и сама начала поднимать юбки.
— Чего стоишь, как столб, Ясен Пень? Делаешь карьеру — так давай делай! А то передумаю!
Обожаю таких сучек!
Рывком завалил её спиной на пергаменты и несколькими движениями поднял-таки многострадальные юбки. Говорил уже, что панталончики возбуждают? Довольно, словно кот, оскалился:
— Её милость изволит развлекаться? И пусть весь мир подождёт!..
Кончила она быстро. Может привычка, связанная только с одним типом доступного оргазма, а может сыграло что она на эмоциях. После чего одел ей панталончики — пришлось помогать; не корсет, но самостоятельно в женском туалете аристократке тут походу вообще ничего нельзя сделать. Хорошо, что корсет трогать не рискнул, так груди помял. А потом она опустилась на пол и помогла уже мне. Я тоже долго не сдерживался — за стенкой ждали партнёры по бизнесу. Под конец, когда был близок к блаженству, она решила-таки пробить меня в своей стезе:
— Ну, Рома, карьерист несчастный, и в чём подвох с этой дорогой?
Когда сеньорита, спрашивая тебя о таком, чмокает губками, обсасывает головку твоего члена, скажу вам… Без Роминой подготовки она бы меня поимела тантрически по полной. Но я пока не готов играть настолько сурового чела, а значит надо немного уступить, убедив, дескать, её магия на меня работает. Один хрен о новом порте узнают буквально через пару-тройку недель, как ни шифруйся.
— Он хочет строить порт. На Рио-Бланко. Севернее Аквилеи, недалеко от устья Светлой, — блаженно выдавил я, прикрыв глаза — пусть бедняжка порадуется своей магии, мне не жалко. — Параллельно дороге, одновременно с нею. Ты не сможешь пинать его за этот порт, когда он на свои строит тебе и твоему брату чуть восточнее военную дорогу на юг, к степнякам.
