У меня был шенген, но лысый пограничник просто замучил меня вопросами. Никогда раньше не сталкивался с вопросами при прохождении паспортного контроля в странах шенгена (вероятно, потому что летал в основном в южные расслабленные страны – Италию, Испанию, Грецию).
– С какой целью прибыли в Мюнхен?
– С деловой, – вначале сказал я.
Он стал мучить вопросами.
– Какие у вас здесь дела?
– С партнером встретиться.
– Что за партнер?
Я перестроился и сказал, что цель визита – туристическая. Ну не про паспорт же ему рассказывать.
– Что будете смотреть?
Я не смог внятно ответить на его вопрос.
– В Бразилию лечу, вот билет, в Мюнхене транзитом.
– На сколько прибыли в Мюнхен? Где жить будете? Есть ли обратный билет? В какой-то момент он уже вывел меня. Бразилия, Мюнхен, транзит – твердил я. А в голове крутилось «давай пропускай меня, лысый череп».
Эх, где же ты Италия?! Где сорок человек проходят паспортный контроль за пять минут, а пограничник под конец ставит штемпель уже куда попало, не глядя. Иногда даже не сверяя фотографии с личностью подателя паспорта.
Вообще все у него проводили не меньше пяти минут…
Наконец-то пропустил. В Германии при прохождении паспортного контроля надо отвечать четкими рубле-ными фразами, ясно обозначая все ключевые моменты визита в страну. Немецкий порядок начинается уже на границе.
Вилфрид уже ждал меня.
Мы вышли из здания аэропорта и сели в его «лимузин». «Мерседесу» было лет двадцать, не меньше.
Он был весь завален адвокатскими документами и еще черт знает чем. Для того чтобы мне сесть, Вилфриду понадобилось перегруппировать эту груду. «Вот это да! – подумал я, – Плюшкин какой-то».
Поехали, дорога хорошая. Впечатлил футбольный ста-дион «Альянц Арена», мимо которого мы проезжали. Это домашняя площадка мюнхенской «Баварии». Красивый модный стадион. Этакий современный Колизей.
Вилфрид привез меня в отель.
Вечером он вновь удивил меня – мы пошли слушать органную музыку.
Я, наверное, во второй раз в жизни – первый раз был, помню, в школе.
Здание филармонии новое, современное, оригинальное. Не пахло нафталином, как часто бывает в России в культурных заведениях. Мне представляется, что запах нафталина – это необязательное условие «культурности» места.
В целом было интересно.
На следующий день катался с ним по Мюнхену. Встречи, встречи…
Он был, как Фигаро, – одновременно везде и… нигде.
Его задор дисгармонировал с возрастом.
Вилфрид снова поразил меня: парковался где хотел и как хотел, постоянно нарушая правила парковки. Когда мы выходили из здания, под лобовым стеклом нашей машины, как правило, трепыхалась какая-нибудь бумажка. Помимо этого, к правилам дорожного движения он относился пренебрежительно. Нам часто гудели. Нетипичный немец. Можно сказать, бунтарь. Но немецкая система наказывала его вновь и вновь, Вилли же нарушал и нарушал с такой же немецкой пе-дантичностью…
Настоящий немецкий Дон Кихот.
МОЯ НЕВЕСТА. ЛЮБОВЬ, СЕКС И ДЕНЬГИ
Вечером Вилфрид встретил меня у отеля на своей чудо-машине, и мы поехали… Вдруг машина остановилась, мы вышли и увидели, как из нее вытекает жирное пятно масла – все, сломалась колымага. Образовалась большая лужа. Я такого еще не видел. Вид у Вилфрида был весьма озадаченный. Немцы, сидевшие в кафе на улочке, перед которым и случилась поломка, принялись комментировать ситуацию, некоторые подошли к машине и даже пробовали заглянуть под нее. Вердикт был однозначный: дело – дрянь. Выглядело это все очень комично.
Меня данная ситуация даже рассмешила.
Вилли позвонил в службу технической поддержки. Оперативно подъехала машина и эвакуировала наш экипаж.
Дальше мы пошли пешком.
Пришли не то в кафе, не то в пивную (в Баварии их трудно различить – пиво пьют везде и в любое время суток). Сам видел, как многие добропорядочные граждане вместо кофе выпивают в районе восьми утра пиво и… идут на работу. По моим наблюдениям, число пьющих пиво по утрам – где-то процентов двадцать. И это не забулдыги какие-нибудь, а добропорядочные бюргеры.
В заведении мы встретились с одной элегантно одетой старушкой лет семидесяти, типичной пунктуальной посетительницей фитнес-центров. Она долго и пристально смотрела мне в глаза, проявляла какой-то не-понятный интерес. После встречи я спросил у Вилли: «Кто это? И какая цель нашей встречи?». На что он ответил: «А ты не думал получить немецкое гражданство посредством женитьбы?»
Я даже опешил: «Ей сколько лет, этой фрау, моей невесте?» Вилфрид с немецкой расчетливостью и холодностью ответил:«А какая разница?» Я говорю: «Не знаю. Вопрос, конечно, интересный. В принципе. Но, возможно, есть иные невесты?» Вилли радостно закивал: «Есть, есть…»
– И сколько это стоит?
– Это зависит от того, будешь ли ты с ними спать.
– А они еще и на это рассчитывают?
– Да. Кстати, Хильде (той, с которой мы встречались) ты понравился.
– Есть еще одна, очень богатая, – он даже зажмурился и заговорил с придыханием: – Монако, яхта и т.д. Единственное, немного постарше Хильды.
– Сколько же ей лет?
– Немногим больше восьмидесяти, но выглядит на пятьдесят и очень любит секс.
