И товарищ Сталин начал развивать мысль о том, как нужно строить самолеты. Он начал рассказывать о зарубежных самолетах. Я поразилась его колоссальным познаниям в авиационной технике не только нашей страны, но и других стран. Он рассказал о вертолетах, которые могут взлетать сразу с места, и сказал:
— Ведь, правда, такой вертолет очень пригодился бы вам в тайге?
Слова товарища Сталина, такие ясные, простые, поражают своей мудростью, своей удивительной прозорливостью.
Он снова играет и забавляется с моей маленькой дочкой.
На сцене появляется красноармейский ансамбль песни и пляски. Товарищ Сталин любит народные песни. Он любит украинские песни и просит, чтобы спели «Закувала». Он говорит, что это его любимая песня. Когда красноармейский хор поет украинские и красноармейские песни, Сталин и Ворошилов подпевают. Они весело, хорошо и бодро поют вместе с молодым хором. Маленькая Таня поет вместе с Ворошиловым. Ворошилов заставляет ее петь отдельно, спрашивает:
— Знаешь ли ты эту песню?
Она поет ему.
— А эту тоже знаешь?
Она и эту песню поет. Я поражаюсь, как наши ребята, пока мы летаем где-то на Дальнем Востоке, узнают новые песни и уже умеют петь все, что поет весь народ.
Долго продолжалась эта замечательная теплая встреча.
Сталин берет букет красной гвоздики и по одному цветочку дарит моей маленькой Тане. У Тани разгораются глаза. Она берет гвоздики и ни за что не хочет их положить на стол, она их держит в руках, не хочет с ними расставаться, потому что ей дал их Сталин! С этими гвоздиками мы уходим, когда товарищ Сталин прощается с нами, крепко жмет нам руки и желает дальнейших успехов. Мы долго смотрим вслед уходящему Сталину.
Не передать того ощущения, которое испытывали мы, покидая этот зал. У нас в сердцах одна мысль, одна мечта о том, что Сталин разрешит нам новый перелет, что мы будем еще дальше, еще лучше летать для того, чтобы добиться чести снова провести такой замечательный вечер с товарищем Сталиным.
