– Я сама ему передам, – вышла вперёд Вика Глазова. – Нам по Конституции положен отдых. И никто не вправе нас его лишать. Он что, против Конституции попрет?
Твердов не стал слушать дальнейшие дебаты, а встал с лавочки и быстрыми шагами направился в сторону общежития. Очень хотелось спать. Надо хорошенько отдохнуть, раз появилась такая возможность.
Оказалось, что не он один так думал. А почти все бойцы отряда лишь только дотянули до своих кроватей, попадали сверху на одеяла и погрузились в сон. Александр перед этим еще заставил себя проявить командирскую волю и назначил дневальных по лагерю.
– А чего мы должны воду таскать из колодца, если все сегодня не работают, – возмущались дежурные. Их можно было понять: сегодня в поле и так не ехали, так чего дневалить?
– А еще с этого дня дневальные будут поднимать и опускать флаг, – не слыша их стенаний, громко объявил «Председатель».
– А это еще почему? Кто так решил?
– Я так решил, – тоном, не терпящим возражений, объявил свою волю командира отряда. И бойцы осознали, что придётся починиться. Уж больно суровым был вид у их начальника в тот момент.
Довольный Твердов быстро разулся, разделся, натянул на себя одеяло и вскоре заснул. Ему хотелось продолжений романа с милой деревенской девушкой Леной. А долбаный ритуал с флагом сильно связывал его по рукам. Решение пришло само собой: пускай теперь дежурные по общежитию этим флагом занимаются.
Проснувшись «Председатель» сполоснул лицо, почистил зубы, с удовлетворением отметив, что вода залита во все умывальники, а возле печки возвышается приличная гора наколотых дров. Уже возле крыльца Александр столкнулся с повеселевшей Викой Глазовой, которая с радостью сообщила ему, что приходил Ендовицкий, и она с ходу огорошила въедливого парторга отказом всех бойцов работать в выходные дни.
– Очень он расстроился! Очень, – подчеркнула Вика, – но против Конституции не стал идти.
– Павку Корчагина не упоминал?
– А то, конечно, упомянул. Но сейчас другие времена. Я вот до сих пор не понимаю, почему я, молодая, красивая девушка должна бесплатно ишачить в каком-то отдаленном колхозе, гробя свое здоровье и молодость, вместо того, чтоб учиться в медицинском институте?
– И чего он ответил?
– Да ничего, пробурчал что-то себе под нос про какую-то разнарядку, спущенную сверху и ушел восвояси крайне недовольный.
Днем на улице еще стояла ясная солнечная погода. Совсем еще по-летнему светило жаркое солнце. Легкий ветерок шевелил немногочисленные уже желто-красные листья на деревьях. Местами над крышами домов курился заметный дымок. Многие жители начали отопительный сезон. Осень постепенно вступала в свои исконные права, незаметно вытесняя остатки лета.
Приглядевшись «Председатель» обнаружил, что доброй половины бойцов отряда нет на территории лагеря. Причем большей частью девочек.
– Женихаются, результат вчерашнего посещения клуба, – с улыбкой на простом лице подтвердил догадку командира Андрей Стеклов. Проснувшись, он добровольно принялся за растопку печи. Лежавший рядом мешок с кукурузой лучше всяких слов говорил о его намерении. – Сегодня опять дискач будет. Ты придёшь?
– Не знаю, – пробурчал в ответ Твердов, разглядев, как Галя Зимина, одетая в обтягивающий синий комбинезон, быстро-быстро сбежала со ступенек своего общежития и, не оборачиваясь направилась к воротам. Остановилась, оглянулась и прошмыгнула наружу. Только калитка стукнула. Стукнула калитка, а екнуло у «Председателя» в сердце.
Кровь ударила Александру в голову, он вспыхнул и, подбежав к забору, вскочил на нижнюю перекладину и всмотрелся в ту сторону, куда упорхнула девушка. От росшей на обочине почти уже голой черёмухи отделилась мужская фигура, и они вместе свернули в проулок. На Серегу Клопа фигура мало походила. Этот факт успокоил Твердова и он, облегченно выдохнув, спрыгнул с забора.
– Ух, так и ушибить недолго, – вскрикнула соседка Ольга, так некстати проходившая мимо.
– Извини, – смутился Твердов, отряхивая руки, – не заметил.
– Что, увели зазнобу, – ухмыльнулась Ольга. – Не может девушка пережить, что ты со мной любовь крутил?
– А ты никак ревнуешь? А как же муж?
– Муж – объелся груш, – качнула грудями соседка. – Ты же знаешь.
– Я знаю, что ты его еще совсем недавно с ложечки кормила, да сопельки подтирала. Видно, уже забыла, как он тебе чуть голову топориком не снес?
– Ладно, побегу я, завтра же первое сентября. Надо детей дособирать в школу, – вдруг засуетилась соседка и, опустив голову, не оглядываясь, быстро засеменила в сторону своей квартиры.
– Во, во иди лучше детей в школу собери, – тихо произнес «Председатель», – чем свой нос совать, куда не просят.
– Саня, так ты на дискач-то сегодня пойдешь? – вновь задал ему вопрос копошащийся возле печки Андрей.
– Не знаю, пока не решил.
– А чего тут знать, – подошел к ним Лешка Макаров, – приходи. Негоже от коллектива отрываться. Тем более там такие девчонки классные будут из местных.
– Я подумаю, – улыбнулся Твердов и зашел в свое спальное помещение.
