― «Говоришь дуракам:— собирайте всё за собой — как об стенку горох. На базе есть, конечно, только мы в любой момент ожидаем, что к ней подгонят десяток танков и начнут нас разоружать. Готовимся к переходу на нелегалку потихоньку. У нас тут вообще-то дежурство есть, я хлопца отпустил на час, чтоб лишнего не видел.»
― Понятно. Чё достал-то?
Достал мой старый друг три ТТ с нормальными, не самопальными глушителями, плюс по две обоймы к каждому. Интересуюсь, третий это для водилы? Антон, ухмыльнувшись, кивает на прислонённый к дальней стене лист ДСП размерами примерно метр на два, до которого метров пятнадцать. Затем одним плавным и быстрым движением хватает со стола два пистолета и открывает огонь, причём не стоит на месте, а смещается вперёд-вправо. Звук, несмотря на глушители, очень даже громкий. Ну, понятно, в помещении же. Без глушителей уже в ушах бы звенело. Всё, отстрелялся. Подходим поближе, считаем дырки. Все шестнадцать в цель, причём тринадцать в круг размером с ведро.
― Мля, ну ты прям Саша Македонский!
Он улыбается: «Фирма веников не вяжет. Сам-то с ТТ знаком?»
― Ну, в тире пару раз пробовал. Ладно, практика есть критерий истинности.
Беру из стопки ДСПшных листов в углу ещё один, прислоняю к стене, отхожу, беру пистолет, осматриваю. Состояние отличное, явно мирно лежал в консервационной смазке с самого 1937 года, когда был произведён. Чудесная дата, ага. Пожалуй, на первый раз со сменой позиции выёживаться не буду, нормальная стойка, левая рука поддерживает снизу.
Банг! Банг!-Банг!-Банг! Банг!-Банг! Банг!-Банг!
Идём смотреть.
Мдяя… Ну, мимо листа ни разу не промазал, это радует. Хотя две у самого края. В остальном, что называется, «как бык поссал». Вообще, я с пистолетом не так уж беспомощен, но глушак сбивает прицел, я до этого с ним один раз всего стрелял. Антон хлопает меня по плечу: «Я патроны взял, так что давай, потренируйся немного. Пока что средней паршивости».
«Ага, средней паршивости. У меня, знаешь ли, СВД штатное оружие было, вот давай с ними посоревнуемся?» — мысленно произношу я, вскрывая упаковку патронов. Ладно, потренироваться и в самом деле не помешает.
Через двадцать минут в ушах у меня прилично звенит, но и результат стал явно получше. Не как у Антона, но приемлемо. Собираем гильзы, забираем с собой. По дороге обратно окончательно назначаем мероприятие на пятницу. Водиле Антон место уже показал, тот за эти дни отработает маршруты отхода. Предлагаю немного посидеть где-нибудь в центре, но у него на вечер уже личная жизнь запланирована. Что ж, дело полезное.
Я выхожу на «Житомирской», от неё до «Вокзальной» пять остановок без пересадок. Пешком через парк тащиться лень, доезжаю на маршрутке до Соломенского рынка. Эх, а в детстве тут трамваи ходили, помнится. Мы ещё с пацанами перед ними на рельсы гайки и болты выкладывали, а потом хватали горячие сплющенные железки и убегали от разъярённых водителей. Эхе-хех…
Что-то притомился я сегодня. Даже есть не хочется, и в инет заходить лень. Чаю попью с печеньем, и на боковую, пожалуй.
День тринадцатый, среда
«
Ааа-Ооо-Ууух! До чего же вставать лень… Мля, надо уходить с этой грёбаной работы. На-до-е-ло! Утром встаёшь, как на каторгу. Тем более, финансовые затруднения скоро должны разрешиться. Мдяя, а если не разрешатся? Не в плане «поймают», там-то всё ясно, а вот просто не окажется в машине денег, и что тогда? На что кушать и как за квартиру платить?
Кстати, насчёт кушать — я ж вчера ничего не купил. Мля, и холодильник пустой, мышь повесилась. А в животе бурчит прилично, ужина-то не было. Ладно, выйду пораньше, дойду до магазина, ряженки куплю.
Опять же, если уходить, то нужно две недели отработать, по-хорошему, а то как-то по-свински получится. Не к Гарику, на него-то мне наплевать, а к Лёхе. Всё-таки друг, предложил работу, когда я на мели сидел, а если просто хлопнуть дверью, ему потом мозг выносить Гарик с Геной начнут. Мол, «вот, ты его к нам привёл, а он так поступил...» и т.п. Нехорошо получится. Но и две недели отрабатывать неохота. Вывод — нужно уйти так, чтобы в Лёхиных глазах в этом был виноват не я, а Гарик. Что, наверное, не так сложно устроить, с учётом его темперамента.
Быстренько проверить инет — в почте ничего, новостей тоже особо никаких. Умываюсь, «форма одежды рабочая», выхожу. Наглая хвостато-усатая скотинка в подъезде встречает меня воодушевлённым мявом. Нагулялся я, мол, жрать хочу. Ну, извини, Васёк, сегодня нет ничего. Сам бы сейчас что-нибудь заточил с огромным удовольствием. Кошак провожает меня до двора и смотрит вслед большими укоряющими глазами, жалобно крича что-то на своём языке. Эхе-хех, жалко бедолагу. Ладно, до вечера не помрёт, кто-нибудь ещё подкормит.
