Следующие несколько дней сливаются для меня в сплошное серое пятно, найти повод для радости становится также сложно, как написать курсовую работу, учась в первом классе. Настроение у Наташи скачет то вверх, то вниз, крайней неизбежно остаюсь я надо полагать потому, что постоянно ищу общения или встречи. Сцепив зубы, даю себе обещание остановить эти качели каждый раз, когда нарываюсь на очередное хамство, и сразу же забываю об этом, как только получаю порцию ласки. Тянусь к ней, как уличный котенок к человеку, который забрал его с улицы, в поисках тепла и заботы. Мысль сблизиться с ней становится навязчивой идеей. Навязчивой, невыполнимой идеей. Тот вечер у нее поставил между нами барьер, через который я не могу проникнуть. Или это началось еще после объятий в ее кабинете? Эти ее «хочу общаться-не хочу общаться» слились в одно большое «не понимаю, что происходит». И когда я начинаю думать, что это совсем невыносимо, случается то, что выбивает меня из колеи на несколько месяцев.
Не справившись с затяжной депрессией, погибает Сережа один из моих друзей. Мы видели его за полтора дня до самоубийства, и даже не могли допустить мысли, что с ним что-то не так. Дни до и сразу после похорон превратились в какую-то расплывчатую обыденность, когда просыпаешься, ешь, ходишь и спишь по инерции. Все остальное словно отходит на второй план или проходит по касательной, или не задевает подсознания вовсе.
Впервые за долгое время общение с Наташей не в приоритете. Я рассказываю ей о том, что произошло, но действую скорее по привычке. Вместо переписок мы начинаем созваниваться по вечерам, и я не могу не признать, что звук ее голоса действует на меня успокаивающе. Но не могу отделаться от мысли, что все это игра, и вскоре закончится. Вера выходит на новую работу, и я часто сразу после пар еду к ней, чтобы хоть как-то заполнить пустоту, которая прокрадывается внутрь, как только я оказываюсь одна. По вечерам в общаге мы собираемся с Ленкой и парнем с 4 этажа и он, и она тоже дружили с Сережей.
__________
В попытках восстановить душевное равновесие, ежедневных заботах и учебе пролетают несколько месяцев. Постепенно боль немного притупляется, я снова могу нормально дышать и даже улыбаться. На смену апатии и безысходности приходят метания и желание наконец понять, что происходит между мной и той невыносимой черноволосой женщиной. Я, наконец, осознаю, что стабильности в нашем общении ждать не придется, и почти смиряюсь с этим. Но до конца привыкнуть к эмоциональным качелям, которые она мне организовывает, так и не могу. В один день она мила, с удовольствием общается со мной, смеется. Мы разговариваем в колледже, вечером еще час-полтора по телефону. На следующий день меня окатывает ледяным дождем из сухости и равнодушия. Спасает почти ежедневная переписка с Машей, которой, по моему мнению, памятник надо поставить за то, что терпеливо сносит нытье на протяжении нескольких месяцев.
Немного начинаем общаться и с другой Машей – той, которая Мария Евгеньевна. Несколько раз мы с Ленкой бываем в ее комнате – она тоже живет в общежитии, только в преподавательской части. Пьем чай, болтаем и смеемся. С каждым разом для меня открывается в ней что-то новое, и я уже почти забываю о том, что когда-то чувствовала неприязнь.
Вера тоже остается рядом, и наша дружба крепнет день ото дня. Мы много общаемся, и однажды, устав от бесконечных эмоциональных всплесков, я рассказываю ей том, что мне нравятся женщины. И что последние несколько месяцев нравится одна, совершенно неподходящая для этого женщина. Она реагирует намного лучше, чем я могла бы подумать, и я даже жалею, что не рассказала этого раньше. Но привычка скрывать свои пристрастия сформирована за много лет
«У вас с ней что-то было?»
«Нет. Был вечер, после которого все пошло наперекосяк».
Я рассказываю ей историю нашего общения, опуская детали, которыми не хочу ни с кем делиться. Рассказываю о своих переживаниях и о том, как устала от бесконечных непоняток.
«Ты из-за этого перед моим увольнением ходила как в воду опущенная?»
«Да, это как раз самый замес был. Сейчас мы общаемся, но что-то все равно не так. Такое ощущение, что она жалеет, что дала себе волю в каких-то словах, действиях. А я нахожусь в подвешенном состоянии и не знаю, куда двигаться. Скоро каникулы. Может, за почти три месяца получится выкинуть из головы?»
«Держись. Пиши, если что».
__________
