И – камин! Открытый огонь хорош в любое время года, хоть костёр в лесу, на котором ты можешь жарить хлеб, сало и нанизанные на прутики сосиски, заодно дымом спасаясь от злых, как собаки, комаров (тем и хороша ранняя осень, что прохладно пока в меру, а комаров уже нет). Хоть камин. Особенно если сложен он правильно и тяга хорошая. Главное, отогнать от стекла топки мелких детей, чтобы не прислонялись и, упаси Г-ди, не пытались её открыть. С удивительной последовательностью они, поколение за поколением, экспериментируют с этим предметом домашнего интерьера, и, пока кто-нибудь не обожжётся, объяснять им бесполезно – хоть в лоб, хоть по лбу. Отдельно взятые представители старшего поколения возводят себе камины с открытыми топками – и мучаются с ними потом всю жизнь. То уголёк выскочит. То ребёнок сунется. То собака хвост не там разложит. Но предусмотрительные и рачительные ставят топку с дверцей из огнестойкого стекла и чувствуют себя более или менее спокойно. И даже позволяют себе отвлекаться на сауну.
Баня, сауна, а в особо продвинутых особняках ещё и турецкий хамам – с бассейном или джакузи, ставшим непременным предметом отечественного загородного интерьера, в России не менее популярны, чем поедание шашлыка и сидение у огня. Традиция, однако. В Европе не так распространена русская парная (хотя хамам турки занесли), как финская сауна. И ходят в неё без различия полов. Что несколько напрягает отечественных мужиков, привыкших дома, что если в парной присутствует обнажённая женщина, то она не просто мыться туда пришла. Называется – культурно-цивилизационная разница. Отчего, если уж в России в газете пишут про сауну – так это баня (с выпивкой, соответствующей моменту, преимущественно пивом, а также, как говаривал Михаил Булгаков, острой и горячей закуской). Если же про элитную сауну, то это, скорее всего, про сауну с девушками пониженной (согласно В. В. Путину) или скорее повышенной (по автору) социальной ответственностью. Кто не понял, о чём это, – это о Дональде Трампе после того, как он стал президентом США, и о том, что по его поводу там, в США, писала местная пресса насчёт его давних поездок в Россию.
В общем, баня, водка, гармонь и кадриль. Веселие на Руси есть питие, что то ли говорил, то ли не говорил, а это ему после летописцы придумали, креститель этой самой Руси князь Владимир, который герой фильма «Викинг». Что русскому здорово, то немцу (не указано: западному, восточному или, к примеру, казахскому) смерть. И прочее в том же духе. Страна большая и, несмотря на идиотические инициативы её Минздрава, направленные на борьбу с курением, более или менее нормальная. Раздолбайская, что раздражает. Но самостоятельная и не привыкшая гнуть шею перед авторитетами – ни собственными, ни импортными. Хотя в рамках исторического опыта, когда то собственное начальство – хуже любого оккупанта, то иностранное на шею садится, привыкшая и умеющая придуриваться и косить под верность и преданность каким угодно идеалам. Хоть вере, царю и Отечеству. Хоть строительству в этой отдельно взятой стране коммунистического общества. Хоть какой другой дури – в том числе нынешней. Хотя нынешние как раз особо ничего не строят, а просто воруют в шестнадцать рук что подвернётся.
И, опять же, женщины в стране замечательные. Не испорченные феминизмом до такого не располагающего ни к какому с ними общению состояния, как на Западе. Но уже раскованные – не забитые или притворяющиеся забитыми, как на Востоке. Самое то – образованная, но не до состояния дикого занудства, культурная – в меру, умеющая одеться, навести марафет и слегка пококетничать женщина. Которая сама помнит, что она женщина. По которой видно, что она ею является. Для которой хочется гасить горящую избу и останавливать на ходу коня, чтоб только ей не приходилось всем этим заниматься. Которую иногда хочется убить, но при этом совершенно не хочется с ней разводиться. И для которой строятся все эти дома и дачи, покупаются шубы – непременно из натурального меха, и прочее, красивое и дорогое, сверх всего того, что она сама себе может связать или раскроить и сшить. А может она – особенно для любимого человека и своих детей – куда больше, чем все кутюрье планеты, вместе взятые. И – опять-таки – во все времена года…
