Не то проблема, что в школы и в армию религию пробивали, пробивают и пробивать будут – и речь уже не о скромных учебниках по разным религиям, а для населения неверующего по светской этике, а о самом что ни на есть Законе Б-жьем. Хотя написаны учебники криво, а что напишут – так это вообще будет мрак и поношение основ. Поскольку писать некому, а те, кто за это берется, таковы, что лучше бы они безграмотными были до конца дней. Так как вроде бы поднимается человек на святое дело, а присмотришься к нему поближе – больно серой несёт, стук копыт чудится и словно всё время что-то сзади покачивается. То ли хвост. То ли помстилось. Но, повторим, не это проблема. Ну, разведут собственными руками новый воинствующий атеизм, презрев исторический опыт и элементарную логику – кто может их остановить? Которые стелют благими намерениями очередную дорогу в ад? Их начальство в стремлении о подведомственном населении зачем из их глухих углов призвало, дав им посты и строго-настрого проинструктировав, чтобы лишнего не болтанули и вели себя прилично? В своём, начальственном, понимании о приличиях, разумеется – не идеальном, но терпимом? Для порядку, и чтобы голосовать было кому за всё, что велено, в рамках строгой партийной дисциплины. А они всё равно своё гнут.
То у них против передачи Исаакия РПЦ потомки тех, которые из черты оседлости рвались с наганами, – Святую Русь рушить и богомерзкую советскую власть строить. То врагов веры памятники раздражают: Владимиру – перед Кремлём и Грозному – в Орле. Памятники те – особый вопрос. Потому что чистые кондотьеры и крестоносцы. И художественный смысл их примерно такой же, как комментарии орловского губернатора насчёт Грозного, который сына не убивал, а просто к врачам не довёз – то ли на пути из Петербурга в Москву, то ли наоборот. То ли губернатор временно помрачён в уме был, то ли демонстрировал сюрреализм а-ля рюс. Но это ладно. А смятение в умах, произведённое депутатом, открывшим миру, что те, кто против передачи собора, – потомки людей, травивших первых христиан зверями и их же изничтожавших всеми мыслимыми и немыслимыми способами на арене римского цирка! То есть евреи у него превратились в римлян… Точнее, в императора Нерона, который этим действительно был знаменит – с учётом того, что на арену первыми в его эпоху слали как раз евреев. Ну да ревнители православия нового типа, как и их кураторы, не отличаются ни знаниями, ни благочестием, ни умом. Иначе не ходили бы напоказ народу в чёрных майках с надписью «Православие или смерть». Или не лезли в депутаты. Хотя, конечно, искушение…
Впрочем, чего от них ждать? Каков поп, таков и приход. Автору в голову закрадываются иногда крамольные мысли о том, что если бы президентом страны стал, к примеру, Рамзан Кадыров, то число российских мечетей, и без того немалое, умножилось бы многократно, а российская политическая и хозяйственная элита дружными рядами пошла бы в ислам, внезапно открыв для себя, что религия эта – самая что ни на есть исконная и соответствует ценностям славянским ничуть не меньше, чем татарским, башкирским, вайнахским или дагестанским. И с исторической точки зрения была бы права. Поскольку та удивительная скорость, с которой бывшие партийные и советские работники, государственные мужи и сотрудники силовых ведомств стали истинно православными, намекает на всё, что угодно, кроме наличия у них твёрдых убеждений. Так что принцип тут один: куда начальство (конь с копытом), туда и они (рак с клешнёй). Население достаточно часто переходит в веру вождя – если тот прикладывает к этому достаточные усилия. И не только в христианство или ислам. В буддизм тоже могут перевести огнём и мечом (император Ашока, кстати, всю Центральную Азию именно так и убедил поверить в Будду – откуда и возникли его статуи в афганском Бамиане, уничтоженные талибами). В тенгрианство. Или зороастризм. Бывало всякое.
