- Ах, вот о чём ты мечтаешь, Игнатушка, а кусок не жирный?- с иронией произносит она.- Смотри, своими амбициями всё не испорти, как мы и договаривались, требовать лишь,- она осекается, но затем поправляется,- не требовать, а просить некоторых привилегий: свободного гражданства, жильё и рабов … а там, правильно говорит Гурий, видно будет.
- Никаким царём я становиться не хочу,- пристыжено бурчит Игнат, почёсывая шею под бородой.
- Ну, президентом, какая разница,- усмехается Гурий.
- И президентом не хочу,- врёт Игнат.
- А вот это напрасно,- блеснул залысинами Гурий,- хотеть надо, но не сразу. Сначала обжиться, единомышленников заиметь, а затем Идара в расход.
- Гурий, я в тебе не ошиблась,- Аня с уважением глянула на бортмеханика, он в точности повторил её собственные мысли. Этого человека надо держать при себе, как-то поближе расположить. Может как-нибудь отдаться ему? Нет, не пройдёт, ему Машеньку подавай. Что ж, пусть будет по твоему, эту дранную кошку я тебе отдам, пусть пока поживёт, но в любом случае она обречена, Аня хищно раздула ноздри.
- Напролом действовать нельзя,- Гурий снисходительно глянул рыбьим взглядом,- торопливость пагубна, затаиться надо. А скажи мне Игнатушка, откуда у плотника такие амбиции? По мне, такие как вы, мечтают стать прорабами или даже мастерами участков, а ты вот так сразу в президенты метишь.
Игнат гневно блеснул очами, выставил бороду вперёд, но в глазах Гурия не видит насмешки, а лишь откровенное любопытство:- Что тут странного, я не всегда плотником был, к вашему сведению в своё время я юрфак закончил.
- А не скажешь,- удивляется Аня, по-новому глядя на бородача.
- Что же ты в плотники пошёл?- пожимает плечами Гурий.
- Долгая история,- хмурится Игнат, поджимает губы, откровенничать он не собирается.
- Не хочешь отвечать и ладно. А отец у тебя кто?
- Политиком был, да не на ту партию поставил. Такое навесили, он за границу бежал, а меня со всех служб попёрли … на всякий случай.
- Очень интересно,- Аня улыбается.- Хочешь своё наверстать?
- Наверстаем, любовь моя, обязательно наверстаем.
- А вот теперь я тебе верю,- Аня, не рисуясь, обнимает его за жилистую шею.
Виктор и Викентий Петрович своим появлением с противоположной стороны забора произвели настоящий переполох, ведь все знали, что они ушли в посёлок, а он огорожен от внешнего мира долиной и неприступными скалами.
- Что онемели, лестницу скидывайте!- нетерпеливо говорит Виктор.
- У вас что, крылья отросли?- Антон спихивает верёвочную лестницу.- А где калаш?- округляет он глаза.
- Арбалеты будем делать, время огнестрельного оружия прошло,- невозмутимо произносит Викентий Петрович.
- Как же так?- пугается Антон.
- Не дрейфь, прорвёмся,- Викентий Петрович поддерживает лестницу, ждёт, когда Виктор взберётся на площадку на заборе.
- Когда пещеру проходили, на нас амфибии напали, живучие твари, все пули на них извели,- отдуваясь, произносит Виктор.- Так что прав Вик, арбалеты надо делать, скоро гости к нам пожалуют. А лесок тот надо сегодня сжечь.
- Какие амфибии,- вылупился Антон,- не те ли, что из икры вылупились?
- Догадался,- усмехается Виктор.- Они, родимые, быстро выросли, это даже пугает,- Виктор за руку выдёргивает на площадку Викентия Петровича,- если бы не его копьё, мне бы голову оторвали.
- Я когда кинул копьё, у него такой был вид, что я едва не обмочился, глаза как какающего ёжика.
- Сравнил,- хмыкает Виктор и добавляет:- Я же видел, что ты целишь мне прямо в лоб, тут не только обмочишься, но и обделаться можно. Какое счастье, что у тебя рука не дрогнула.
- Да это произошло на автомате, рефлексы сами чётко сработали, мне даже думать не пришлось,- благодушно улыбается Викентий Петрович.
- Как там наши лётчики?- переводит на другую тему Виктор.
- Мирославу повезло, одна стрела в мякоть плеча вошла, а другая чётко между рёбер застряла, ранения не страшные, а Тимуру досталось больше, наконечник сантиметр до сердца не достал.
- Жить будет?
- Куда он денется,- вздыхает Антон.- Алёнка такие травки нашла, лучше антибиотиков. И почему раньше химией всякой лечили?
- Наверное, о травах забыли,- Алик удобно устроился в конце площадки и словно спит, нахлобучив панаму по самый подбородок. Очень похоже, по Аньке грустит, хотя и знает, что тварь она последняя. Рядом с ним, аккуратно укладывает увесистые камни Толик Белов.
- А я думал, ты спишь,- улыбнулся Виктор.
Алик снимает панаму:- у меня здесь два отверстия, так что я всё вижу. Вы это … Аньку догнали с этими … козлами?- с какой-то тоской спрашивает он.
- Дали уйти,- настороженно произносит Викентий Петрович.
- Значит, они ещё живы,- напряжённым голосом говорит Алик.- А Аньку тоже убивать будите?
- Почему тоже?- быстро взглянул на него Виктор.
- Такое предательство … прощать нельзя.
- Мы не будем их убивать, они сами себя накажут, вот увидишь,- с сожалением глянул на Алика Виктор.
- А я бы убил,- он взмахивает козлиной бородкой и как бы невзначай закрывает панамой увлажнившиеся глаза.
