Оснащение и снабжение в других лабораториях было несколько хуже, но все же на приемлемом уровне. Вся же разница, на которую сделал акцент Антипинко была в оплате самим сотрудникам, которая просто в разы отличалось от тех кто работает в главной лаборатории с теми кто решит уйти и работать в других лабораториях. Это оказалось решающем фактором для многих ученых в принятия решения - оставаться или уходить. Дома у большинства оставались семьи которых нужно было кормить, одевать и обувать, в то нелегкое время перемен которое тогда творилось. Поэтому когда вопрос встал, таким образом, то многие остались за некоторыми исключениями, за этим исключением также были и они с Немо. В тот момент они только поступили под руководство Антипинко. Молодые специалисты, только что закончившие институт, считали большой удачей, что попали в эти лаборатории, и главное, что смогут, занимается любимым делом и получать за это неплохие деньги. В то время они были еще молоды и не отягощены не какими семейными узами. И когда встал вопрос остаться или уйти с присуще только ему, юношескому максимализму, они встали на сторону тех кто категорически был против того что творилось в лаборатории. Еще они теплели в себе надежду, что если будут подальше от руководства, то будут более свободны в своем выборе над, чем им работать. Хоть и понимали что скорей всего это только иллюзия.
С тех пор все что происходило в главной лаборатории под чернобылем, и над чем работали там ученые оставалось для всех остальных закрытой информацией.
Перейдя в новую лабораторию под руководство профессора Мельникова, их все чаще посылали в поле, так как они были самыми молодыми сотрудниками в лаборатории. Они делали замеры, снимали различные показании с приборов которые были расставлены по всей тридцатикилометровой зоне вокруг АЭС. Этот участок зоны они обползали вдоль и поперек и знали в ней практически каждый закоулок.
После взрыва, слава богу который им удалось пережить они практически первыми столкнулись со всем ужасом который таврился вокруг а также в числе первых стали исследовать все произошедшие в ней изменения. И все вроде шло неплохо, но после взрыва в лаборатории все переменилось. Снова появился Антипенко и привел с собой нового сотрудника, доктора Громова, поставив его во главе всей лаборатории. И под его руководством начались новые опыты. Они с Немо продержались несколько месяцев, но и этого хватило. После того как зона превратилось в то, что она представляет сейчас. Громов отличающийся каким-то будто враждебным садизмом поводил все новые и новые эксперименты один чудовищней другого. И они с Немо снова решили перейти в другую лабораторию. Можно сказать, они от туда просто сбежали. В дальнейшем Громов постоянно намеревался влезать в их дела, но после того как в зоне стали появляется, артефакты Они с Немо смогли открыть собственную лабораторию. И теперь подчинялись только себе.
А теперь... как же так произошло, что чужаки оказались как раз над лабораторией Громова? Это было странно, ведь изначально артефакт был у Славика, который его стащил. Или может Славик его стащил для Громова? - размышлял, про себя Зеленский. - Нет не может быть, тогда почему Славик был сначала в лаборатории Натовцев под выжигателем. Которую, как теперь известно, разнесли на кусочки. И теперь артефакт был у чужаков. И это теперь уже точно известно. Но тогда какова черта Чужаки делали свои испытания над лабораторией Громова?.. или они теперь вместе?.. Нет, не может быть. Тогда вояки не стали бы на них наподдать.
Получается, - размышлял вслух Зеленский - что чужаки, не зная ничего о находящейся в низу лаборатории, просто заняли место для испытания прибора. А вояки, решили, что это какие-то сталкеры обосновали себе место под лагерь - ведь о лаборатории не кто не знал. И скорей всего, по просьбе самого Громова, решили их от туда вытурить.
Но об этом можно было только догадываться. А что известно точно, это то, что сейчас чужаки вместе со своим прибором, точнее нашим прибором, находятся в лаборатории у Громова. И теперь, может статься, что Громов уже знает истинное его предназначение. Что, ни есть хорошо.
Надо предупредить Немо. И скинуть ему план лаборатории, вроде он где то остался... Черт, Немо, когда же ты уже все вспомнишь - злился Зеленский намереваясь что-нибудь пнуть, но боль в перебинтованной ноге и пояснице остановила его.
***
Немо разглядывал полученный план помещений лаборатории. Получалось, что лаборатория имела несколько выходов. Но один из них Зеленский отметил особо, чтобы они попробовали пробраться через него. По его информации это был один из заброшенных выходов, им и раньше не когда не пользовались из-за постоянных технических неполадок, двери заклинивало, лифт застревал, из-за чего очень часто приходилось подниматься пешком. Вентиляция тоже постоянно барахлила, сколько ее не чинили. Поэтому его просто забросили и некогда не пользовались, предпочитая другие выходы.
