Матвей вернулся к пульту компьютера, внимательно ощупал его всеми органами чувств и увидел три тоненькие жилки энергоподвода, тянущиеся куда-то вниз, под основание комплекса. Видимо, это был подвод аварийного питания от аккумуляторов, потому что подводы электроэнергии к даче были разрушены еще год назад. Смахнув пыль со стула, Матвей сел, проверил ощущения и, чувствуя, как напрягся Василий, вдавил дискету в шель дисковода, повернул рычаг замка и тронул клавишу «RETURN». Тускло засветилось табло на левом развороте панели, замигал оранжевый глаз на одном из шкафов возле стола.
— Не рванет? — понизил голос Балуев Вместо ответа Матвей повторно нажал клавишу ответа, и правый разворот панели расцвел индикаторами. Зашелестел вентилятор одного из шкафов, экран дисплея налился мягким опаловым свечением.
— Ему не было смысла минировать все хозяйство, и сам мог в спешке подорваться. Попробуем разобраться в меню… Если вход не кодирован и защита не включена… К тому же Ельшин торопился.
Матвей не ошибся в своих предположениях: компьютер высветил логотип машины — «Конан» и обычный знак ожидания — букву А со стрелочкой над рядом окошек стартового меню, что означало готовность к работе основной информационной системы DOS. Теперь можно было работать с файлами программ на диске А.
— Он вызвал Конкере и оставил комп в рабочем положении, а вернуться уже не смог, — задумчиво сказал Матвей.
— Кто?
— Ельшин, разумеется.
— И все же есть что-то мистическое в том, что компьютер проработал целый год и не сгорел!
— Пароль? — спросил экран по-английски. Матвей проиграл в уме веер возможных решений. То, что дискета закодирована, было ясно с самого начала, но пароль — слишком простое решение защиты… и слишком сложное, чтобы найти его в миллиарде смысловых комбинаций… если только…
«Имя!» — сработала интуиция.
Матвей напечатал: «Конкере».
— Пароль принят, — ответил экран, и за спиной Матвея шумно вздохнул Василий. — Какой предпочитаете режим?
Матвей выбил. «Выбор?»
— Звуковой диалог, тастатурный диалог, мысленный диалог… отбой! Мысленный диалог отключен. «Звук», — отстучал на клавиатуре Матвей.
— Готов к работе, — приятным женским голосом ответил компьютер. — Заказ?
«Проблемные шифры».
Мигнув, экран почернел и выдал три алые строчки — буквы, символы, цифры. «Свечение» компьютера в «диапазоне зла» усилилось скачком. Матвей буквально физически почувствовал, как в машине, в толще земли, вокруг, заворочался некто могучий, жуткий, непереносимо чужой и мрачный.
— Эдак мы еще вызовем Монарха, — охрипшим голосом проговорил Матвей.
— Ага, только его нам и недоставало, — невесело отозвался Василий. — Узнай лучше, как убраться отсюда подобру-поздорову. Нам и так слишком везет, ты не находишь?
Матвей запомнил комбинации шифров, надеясь когда-нибудь воспользоваться ими, и вскрыл карту секретных файлов ельшинской машины. Через несколько минут ему стали известны тайны подземных складов генерала ФСК, а также система их охраны. Однако секрет бункера удалось выяснить лишь спустя полчаса, как раз к тому моменту, когда по какой-то причине сработала аварийная отсечка электропитания.
Мигнули индикаторы, табло включения погасло, снова вспыхнуло, и Матвей на одном дыхании прошелся по клавиатуре компа, давая задание открыть запасной нижний лаз. С глухим мокрым лязгом металлическая плита пола отползла в сторону, к стене, вместе со столом и аппаратурой, открывая темный зев люка, но до конца не открыла его, остановилась. Огоньки на панели компьютера погасли окончательно.
— Сдох бобик! — прокомментировал Василий, подскочив к люку в обнажившейся бетонной полосе пола. — Пролезем. Я первый, не отставай.
— Не спеши, торопыга, — отодвинул его Матвей. — Первым пойду я. Там могут встретиться препятствия.
— Человек — дитя препятствий, как говорил классик[117], а я кроме всего прочего — ганфайтер, интуиция у меня работает хорошо.
— Балуев, ты мне друг, но… живой ты мне дороже.
— Ладно, — уступил Василий, — иди, корректированный, однако нос не задирай и будь осторожен.
Колодец, узкий и круглый в сечении, одетый в бетон и металлические кольца-скобы, которые и служили лесенкой, шел на глубину не менее двадцати метров и привел их в искусственную пещеру, эдакий «карман» высотой четыре, шириной три с половиной и длиной пятнадцать метров. И служил этот «карман» личным «гаражом» генерала, потому что в нем, имеющем закрытые ворота, стоял на рельсах точно такой же вагончик-торпеда электропоезда, в каком год назад Соболев и Балуев подобрались к даче под землей по секретной ветке метро.
— Это называется — везет как утопленникам! — обрадовался Василий — Садись и шпарь.
— Электроподвод отрублен, — остудил его восторги Матвей. — Аккумуляторы тоже сдохли, ты видел. Так что придется топать по шпалам, если выберемся. Но, честно признаться, я рассчитывал, что ход приведет нас в Храм Инсектов, о котором говорил Самандар.
