— Вылезайте. — Агапов остановил машину, сделал жест, означающий, что разговор окончен, и Зелинский открыл перед Шерховым дверцу, помогая художнику выйти. — Спасибо за доверие.
— А меня теперь куда?
— Над нами есть птицы более высокого полета. Вами займется федеральная безопасность. Ни пуха…
Шерхов не успел ответить «к черту», как двое «федепасов» взяли его под руки и усадили в «вольво». Майор Семин кивнул Агапову, и машины уехали. Оперативники МУРа молча смотрели им вслед.
— Ну и что ты по этому поводу думаешь? — спросил Зелинский.
— Кому-то выгодно сталкивать лбами спецслужбы, — задумчиво сказал Агапов, не зная, что слова его — слова провидца. — Поехали докладывать о срыве операции.
— Надо срочно найти Пашу Сидорова.
— Ты же слышал: дело «Чистилища» на контроле в ФСБ.
— Ну и что? «Федепасы» тоже не из непогрешимых, мы и им нос утереть можем.
— Ты мне лучше Соболева найди побыстрей, а то ищешь третью неделю!
Зелинский виновато засопел, но промолчал.
Через полчаса полковник вошел в кабинет Синельникова.
— Слышал уже, — поднял тот голову от стола. — И получил головомойку за вмешательство в дела безопасности.
— Так что, завязываем с «Чистилищем»?
— Официально — да. Но убийства Простатова и Силакова висят и на нас, так что разрабатывать розыск все равно будем.
— Художник являлся реальнейшей возможностью выйти на «Чистилище» быстро и без особых хлопот. Если бы «федепасы» не перебежали дорогу… Кстати, как они узнали о художнике?
— Безопасность свой хлеб ест не даром.
— Может быть, попробуем половить заказчика? Шерхов тут брякнул о своем знакомом, некоем Паше Сидорове. Давай объявим в розыск по всем линейным отделам.
— Милиция — не угрозыск. — Синельников толстыми пальцами размял напряженное отекшее лицо. — Все испортит. Об умственной способности районных милицейских начальников можно судить по одному такому факту. — Начальник МУРа усмехнулся. — Помнишь, во время войны в Чечне Дудаев был признан государственным преступником и на него объявили розыск? Так вот, после этого фотография генерала появилась в Тамбове на стенде «Их разыскивает милиция» среди фото уголовников и воров. Я там был, лично видел.
Агапов хихикнул, покрутил головой.
— Кроме Тамбова, Дудаеву ну прямо некуда было податься. Ладно, я понял, пойду работать. Знаешь, последовал твоему совету и хожу на массаж: боли в желудке почти прошли!
Полковник встал, пошел к двери.
— Вот что, Юрий Федорович, — окликнул его Синельников. — Есть очень серьезные сомнения относительно того, что Простатова и Силакова убил один и тот же исполнитель. Хотя в обоих случаях найдены «сертификаты» «ККК», киллеры все же из разных контор.
— Почему?
— А ты подумай, почему о «Чистилище» ни в одной газете — ни гугу, а об убийстве начальника ФАПСИ трубит вся периодическая печать? И это несмотря на негласный запрет — о деятельности «ККК» не писать!
— Кому-то выгодно облить «Чистилище» грязью: мол, и оно совершает ошибки. Но ведь подобное было и раньше с «СК», и ответ «Чистилища» не замедлил себя ждать.
— Вот именно, Федорович. Кто-то провоцирует «чистильщиков» на ответ, кто-то очень высоко сидящий, кому «ККК» — что красная тряпка для быка. — Александр Викторович хмыкнул. — Гляди-ка, заговорил, как поэт.
— Кому-то выгодно и сталкивать спецслужбы, — продолжал Агапов. — И деятель этот действительно сидит на очень высоком троне. Вот бы пошатать этот трон? А?
— Не фантазируй, — проворчал начальник МУРа, — дольше проживешь.
«Чистилище» ответило на вызов, брошенный ему неизвестным организатором убийства начальника ФАПСИ. И уже на следующий день после обвального шквала статей и воплей в печати об «ошибках непогрешимого „ККК“ ответ напечатали четыре газеты: „Известия“, „Комсомольская правда“, „Завтра“ и „Россия“.
Чего это стоило сотрудникам газет, осталось тайной, достоянием же общественности стали судьбы главных редакторов этих органов: двое подали в отставку, один слег в больницу с инсультом, а редактор «Известий» был найден в кабинете с простреленной головой и пистолетом в руке.
Скандал грянул громкий.
Директору ФСБ и начальнику ГУБО позвонил Генеральный прокурор и ледяным голосом осведомился, доколе еще придется терпеть выходки «Чистилища», после чего пригрозил скорой отставкой, если в ближайшее время главари «ККК» не будут пойманы.
Генеральному в свою очередь позвонил премьер-министр, поинтересовавшись, чем занимается прокуратура и ее следственное управление. Срочно собрался Совет безопасности, на котором с резким заявлением о некомпетентности силовых структур выступил начальник службы безопасности президента. После совещания обратная волна реакций покатилась по всем кабинетам чиновничьей рати, полетели погоны, кресла, должности и даже жизни, потому что, кроме главного редактора «Известий», ушел из жизни еще один человек, спикер Госдумы Денисов Аверьян Сафронович, покончивший жизнь самоубийством: он стоял в списке «Чистилища» третьим после министра обороны и Генерального прокурора.
