Славик только тут заметил, что посередине длинной пустой комнаты-пещеры, в которой они находились, стояло несколько продолговатых лавок из камня. Воображение сразу же подсказало ему ЧТО раньше лежало на этих лавках. Подойдя к лавке и разобрав сваленные в кучу каменные обломки, Санта достал кожаный мешок с деньгами египтянина. Сунув его себе за пазуху, он затем прошел к задней стене склепа. С силой надавив на одну из плит, юноша сдвинул ее в сторону, обнаружив в скале небольшую нишу. "Неужели подземный ход, о котором говорил тот мальчик? - удивился Славик. - Санта обошелся без стука по тайному камню".
- Не был здесь раньше? - спросил Санта у мальчишки.
- Нет, - ответил тот удивленно.
- Залезай, место как раз для тебя. Сиди тихо и не высовывайся, чтобы ни происходило. Я обо всем позабочусь, - и, пропустив мальчика внутрь, он задвинул плиту на место.
Славик был разочарован. Это был не подземный ход, а всего лишь небольшая ниша в стене, что-то наподобие встроенного шкафа у них с папой в коридоре.
- Не дайте ему прикончить папу, - попросил сын Константиноса из-за перегородки.
Санта перекрестил укрытие малыша и пошел к выходу.
Выйдя на площадку перед могилой, Санта увидел в лунном свете, что чиновник со своей корзинкой сидел у подножия горы в том месте, где начинались ступени наверх. Бродяга, скорее всего, рыскал где-то неподалеку, проверяя не привел ли его непутевый сообщник за собой хвост. Санте казалось, что он даже отсюда видел как Константиноса била крупная нервная дрожь.
- Вот вляпался, балбес, и все из-за своей корысти! - покачал головою юноша.
Он уже хотел было спуститься к бедняге и уговорить его перейти на свою сторону, но тут заметил, как к ступенькам приближается своей пружинистой походкой горного жителя Бродяга. Вот уж кто не показывал ни малейших признаков раскаяния. Санта сразу же отступил в сторону "козьей тропы". Пройдя по ней метров двадцать, он накинул на голову капюшон и плотно прижался к склону горы, слившись с темной травой. Если глядеть со стороны - просто еще один темный холм на бугристом теле скалы. Славик устроился рядом с ним. Вскоре они услышали шаркающие по каменным ступеням шаги и негромкий, но повелительный голос Бродяги.
- Мы с твоим малым останемся с деньгами здесь. А ты дуй назад в город и с утра как следует покрутись в порту, среди торговцев и моряков. Можешь зайти к стражникам, спросить нет ли каких новостей об убийстве. Пусть видят, что ты никуда не делся, а заодно разведаешь обстановку. Хотя нет, - неожиданно передумал Бродяга. - Нельзя тебе к стражникам, ты ж весь трясешься, будто куриный зад, того и гляди хлопнешься в обморок прямо перед стражей, - и Бродяга резко то ли закашлялся, то ли засмеялся. Даже в смехе этого человека не было ничего живого и веселого. - Послушай мой совет, приятель, тебе надо выпить. Принес вино? - он забрал у чиновника корзинку и стал доставать оттуда припасы.
- А где мой сын? - несмело спросил Константинос.
- В пещере, где же еще. Зови его сюда, - приказал Бродяга чиновнику.
- Ксантос! - позвал тот сына.
Не дождавшись ответа, Константинос зашел внутрь склепа. Бродяга, смачно, до хруста в костях, потянулся и уставился на долину, небо и луну. Но тишина в могиле не давала ему наслаждаться раскрывающейся перед ним прекрасной картиной. Несколько раз оглянувшись на выбитую дверь, он, наконец, не выдержал, быстро зажег лампу и тоже зашел в склеп. Спустя секунду над спящей долиной пронесся свирепый рёв. Бродяга и Константинос вместе выкатились из склепа. Побледневший чиновник отчаянно пытался вырваться из смертельных объятий своего компаньона.
- Где твой сын? Где золотые? Говори, куда ты их перепрятал? - кричал Бродяга сжимая горло чиновника.
- Я не знаю! Клянусь! - трепыхался в его руках Константинос, как круглая неуклюжая рыба, выброшенная на берег. - Я сссидел внизззу, - прохрипел он, тщетно пытаясь оторвать руки Бродяги от своего горла. Яростно рыкнув, тот подтащил своего пленника к краю обрыва.
- Говори, не то сброшу! Последний раз спрашиваю, куда ты дел деньги? - ревел Бродяга. Даже в темноте было заметно как угрожающе побелели косточки его сильных пальцев на шее жертвы. И без того большие глаза чиновника еще больше выпучились и он с ужасом покосился в сторону обрыва.
- Они у меня, - громко сказал Санта, отделяясь от скалы.
Обе фигуры возле склепа застыли. Бродяга бросил шею чиновника и тот, пискнув, отскочил от края обрыва.
- Ты кто такой? Ты как там оказался? - изумленно спросил Бродяга. Глаза его, тем временем, лихорадочно изучали незнакомца, он на ходу прикидывал какую опасность тот для него представляет.
- Бог послал, - ответил Санта.
- Бооог, - с издевкой протянул Бродяга. Он уже успел оправиться от шока и к нему вернулась обычная его наглость. Он видел перед собой не слишком крупного юношу и, судя по всему, безоружного и неопытного.
