Несчастье с лабораторией произошло в разгар противостояния технологий Эдисона и Вестингауза, причем именитый изобретатель уже сдавал позиции — пропагандистская кампания, построенная на опасности переменного тока, разбилась об эффектные демонстрации Теслы, публично пропускавшего через собственное тело переменный ток высоких мощностей без всякого вреда для жизни и здоровья. Ученому удалось отстоять свой приоритет в судебных баталиях на двухфазную систему переменного тока, теперь «General Electric» приходилось калибровать оборудование под чужой стандарт и согласно кивать, когда Вестингауз публично объявлял: «Компания Вестингауза» — единственный обладатель многофазной системы Теслы»[23] Могли ли приспешники Эдисона в такой ситуации пойти на крайнюю меру и попытаться физически уничтожить лабораторию ученого? Такое предположение наиболее вероятно, лишь с учетом «частной инициативы» кого- то из сотрудников, движимых завистью и личной неприязнью к Тесле. Эдисон слишком дорожил собственным имиджем, не стал бы умножать репутационные риски. Положение его компании было прочным и включало многочисленные источники дохода, прямо не зависящие от исхода «войны токов». После гибели лаборатории Эдисон выразил коллеге-изобретателю вполне искреннее сочувствие и предложил Тесле продолжить работы на его экспериментальных площадях. Предложение было принято.
Наиболее очевидная и прозаическая причина пожара упорно остается за пределами интереса современных исследователей, тяготеющих к мистицизму. Эксперименты, проводившиеся в лаборатории, предполагали использование открытых электрических дуг, мощных электрических разрядов, которые сам ученый называл «одним из возможных нехимических способов получения настоящего пламени, которое можно использовать для освещения и обогрева…»[24] Вероятность неосторожного обращения с оборудованием или непредусмотренный, отсроченный эффект какого-то из экспериментов могли привести к пожару с куда большей долей вероятности, чем «визит инопланетных пришельцев» или «месть тайного братства». По аналогичным причинам во время экспериментов с шаровыми молниями в Колорадо-Спрингс в 1899 году загорелась крыша лаборатории, но ученому и его помощникам удалось быстро локализовать пожар — на этот раз здание и оборудование не пострадали.
Но каковы бы ни были причины пожара, его последствия глубоко потрясли Теслу. Он был подавлен, но не сломлен и рассчитывал восстановить все открытия по памяти, для продолжения работы ученому требовались деньги.
Щедрую финансовую помощь ему удалось получить от Эдварда Адамса из Ниагарской компании («Niagara. Falls Company»), эксперименты скоро возобновились в оборудованной на новом месте лаборатории.
Прежний масштаб опытов теперь казался Тесле недостаточным, для расширения исследований ему требовались еще более мощные финансовые вливания. Затворник вынужден был оставить стены лаборатории и уделить толику внимания светской жизни; вращаясь в кругу богатых и знаменитых, выступая с эффектными лекциями и поддерживая внимание прессы к своим «сенсационным» исследованиям, он рассчитывал соблазнить новых солидных инвесторов.
До определенного момента эта модель поведения срабатывала без сбоев — в разные годы Тесле удалось привлечь в свои предприятия средства таких влиятельных деловых людей, как Альфред Браун, Эдвард Адаме, и многих других. Нельзя обойти вниманием фигуру Джона Джейкоба Астора III — выпускника Гарварда, самобытного изобретателя и одного из богатейших людей мира. Наследный миллионер, Джейкоб Астор мог позволить себе особое свойство, редко присущее представителям деловой элиты, — он был мечтателем и даже написал увлекательный фантастический роман. Управление погодой, выпрямление земной оси, контакты с марсианами и космические полеты в другие миры — вот что занимало ум неутомимого миллиардера наравне с биржевыми сводками.
