Я приставляю член к ее входу и поднимаю ее. Нат обвивает руками мою шею, а ногами обхватывает талию, крепко держась. Я врываюсь в нее одним мощным толчком, и она вскрикивает. Зажимаю ее между стеной и своим телом и жестко трахаю. Ничто не сравнится с ощущением внутри своей женщины без преград. Нет ничего лучше. По позвоночнику катится пот, пока я вонзаюсь в нее, а мышцы бедер сводит от напряжения, но я чувствую только, как ее тугие мышцы обнимают мой член в немом обладании.
Я целую ее и сжимаю грудь сквозь платье, пока мы со стонами и хрипами двигаемся навстречу друг другу.
Мы кончаем вместе, как научились делать, и я наваливаюсь на нее, тяжело дыша, но бодрый и уже готовый повторить.
Что и делаю. На этот раз мы полностью раздеваемся и перемещаемся на кровать, где я часами медленно и сладко занимаюсь любовью с женщиной своей мечты. Засыпая рядом с устроившейся у меня под боком, обнаженной Наталией, положившей голову мне на грудь, я чувствую себя самым счастливым и даю нам обоим молчаливое обещание.
Джино Аккарди не разрушит это. Я знаю, что у него в рукаве что-то припасено, но ему не победить. На этот раз я получу свое, и, если он вмешается, то убью его. И к черту последствия.
– Мне надо поговорить с вами обоими. Срочно, – говорит Бен, врываясь на кухню следующим утром, пока все мы завтракаем за столом.
Когда мы встали, Сьерра сообщила, что муж получил ранний звонок и ему пришлось уехать. Лео позвонил ему, но он не брал трубку.
Мы обмениваемся мрачными взглядами и встаем. Лео сразу же берет меня за руку, и этот маленький жест значит очень много. Во всех смыслах слова мы команда, и мне нравится, что он рядом.
Мое сердце трепещет каждый раз, когда он рядом, и я надеюсь, это чувство никогда не ослабеет.
– Папочка! – хмурится Роуан. – Почему ты такой сердитый?
С лица Бена моментально уходит ожесточенность, и он садится на корточки перед сыном.
– Я не сердитый. Просто расстроился, потому что узнал плохие новости на работе. – Он целует Роуана в макушку. – Тебе не о чем беспокоиться, и мы по-прежнему собираемся кататься на велосипедах, хорошо? – Он выпрямляется. – Просто сначала мне надо поговорить с Наталией и Лео.
– Тетя Наталия, – говорит маленький очаровашка, глядя на наши руки. – Теперь вы с дядей Лео поженитесь?
Сьерра чуть не давится кофе.
– Роуан!
– Все нормально, – говорит Лео. – Ему просто любопытно.
Он дергает мальчишку за нос и что-то шепчет ему на ухо. Роуан бурно кивает и поднимает руку, чтобы дать пять Лео. Они шепчутся дальше, пока я старательно игнорирую выражение лица Бена и не тороплю Лео к выходу.
– У нас большая чертова проблема, – сообщает брат, как только мы заходим в кабинет и закрываем за собой дверь.
– Что сделал Джино? – спрашиваю я, уже зная, что мой муж попытался вставить палки в колеса.
– Он нас провел: пошел к дону Греко и все ему выложил. Максимо позвонил мне утром и настоял, чтобы я встретился с ним в Гринхэвене. – Бен трет виски. – Максимо настаивает на голосовании, чтобы вынести вотум недоверия мне как президенту Комиссии.
– Он не может этого сделать! Ты не допустил ничего плохого, и тебя даже не было здесь, когда убили Карло. Это нелепо.
– Да, но все сводится к чести. Он представит все так, словно наследник Маццоне убрал наследника Греко с холодной расчетливостью, что против нашего кодекса. Карло умер унизительным образом. – Бен бросает взгляд на Лео, и тот даже не пытается скрывать гордость на лице. – Он требует возмещения.
– Матео мертв! И Греко убил Джульетту. Он уже осуществил свою месть, и цена уплачена.
– С его точки зрения, я не был наказан.
Лео притягивает меня к своей груди и обнимает со спины. Я держусь за сильные любимые руки, позволяя его теплу и спокойствию унять мои растрепанные нервы. Бен кивает.
– Чего он хочет?
– Чтобы ты женился на его восемнадцатилетней внучке.
– Что?! – шиплю я.
– Или это, или он убьет тебя и сместит меня с моего поста в Комиссии.
Хитрый ход. Введение Лео в их семью гарантирует его преданность и молчание, и предотвратит войну. Но этому не бывать. Не в моей жизни.
– Мне казалось, на нашей стороне Мальтезе и Ди Пьетро? – говорю я, повторяя то, что рассказал мне Лео вчера ночью, когда мы нежились в кровати после многократного секса.
– Да, но в подобной ситуации у нас равное количество голосов. Это значит, что придется устраивать более широкое голосование и наши дела станут известны другим семьям, а это меня дискредитирует. Опорочит тебя и Лео.
Я выворачиваюсь из рук Лео.
– Это полная чушь, и с меня хватит! – Мой мозг бурлит от идей. – Это не сойдет Джино с рук. – Я покусываю губы, размышляя, а мои мужчины наблюдают, как я хожу туда-сюда. Наконец поднимаю голову. – Согласись пока, и я хочу дополнительную охрану для Лео. И для меня с близнецами.
– Уже, – говорит Бен. – Что именно ты задумала?
Криво ухмыляюсь:
– Садитесь, и я объясню.
